В большое имение в Шотландии прибывают гости. Это члены театральной труппы, собирающиеся на читку новой пьесы. Вокруг пьесы разгораются споры, завершающиеся… убийством ее автора. Инспектор Томас Линли, занимающийся расследованием дела, оказывается в тяжелом положении, ведь главная подозреваемая — его давняя любовь.
Авторы: Элизабет Джордж
повежливее, но мне кажется, что это теперь не так уж важно, не так ли?
Верно, и лгать теперь тоже было ни к чему.
– Как вы узнали? – спросила Барбара.
– Я позвонила Томми примерно час назад. Дентон сказал, что он сегодня ведет наблюдение. А Томми обычно сам наблюдение не ведет, верно? Потому я и догадалась. – Она снова взмахнула рукой и грустно улыбнулась. – Если бы я знала, где все это происходит, я просто поехала бы туда сама. Но я не знаю. И Дентон не знает. И в Скотленд-Ярде никто не смог или не захотел мне сказать. Поэтому я еду с вами. И я последую за вами, даже если вы будете против. – Она понизила голос. – Простите меня. Я знаю, в какое дурацкое положение я вас ставлю. И знаю, как разозлится Томми. На нас обеих.
– Тогда зачем вы это делаете?
Взгляд леди Хелен снова уперся в фотографию брата Барбары. Это был старый школьный снимок, не очень умелый, но Тони был на нем таким, каким Барбаре нравилось его помнить: широкая улыбка, щербинка на месте выпавшего верхнего зуба, веснушчатое лицо – лукавое и проказливое, копна спутанных волос.
– После… всего, что случилось, я должна там быть, – сказала леди Хелен. – Это завершение. Мне это нужно. И похоже, единственный способ, которым я могу положить этим конец для себя… единственный способ наказать себя за то, что была такой жуткой дурой… быть там, когда вы его схватите. – Леди Хелен снова посмотрела на нее. Она была очень бледной. Вид у нее был истощенный и болезненный. – Как мне передать вам, что чувствуешь, когда знаешь, что тебя использовали? И после того как набросилась на Томми, который хотел лишь открыть мне глаза?
– Мы звонили вам вчера вечером. Инспектор пытался связаться с вами целый день. Он с ума сходит от беспокойства.
– Простите. Я не… я была не в состоянии посмотреть ему в глаза.
– Простите, что говорю вам это, – нерешительно начала Барбара, – но мне кажется, что инспектор совсем не рад, что оказался прав. И не только из-за вас.
Она не стала рассказывать о своей дневной встрече с Линли, о том, как он нервничал, подбирая группу для наблюдения, о его бесконечных звонках на квартиру леди Хелен, в дом ее родителей в Суррее, домой Сент-Джеймсу. Она не стала упоминать о его все более мрачных мыслях, или о том, как он нетерпеливо бросался каждый раз к телефону, или о том, как его голос становился все более безразличным, что совсем не вязалось с окаменевшим от напряжения лицом.
– Вы позволите мне поехать с вами? – спросила леди Хелен.
Барбара знала, что этот вопрос – простая формальность.
– Вряд лия смогу вас остановить, – ответила она.
Линли находился в доме Джой Синклер в Хэмпстеде с половины пятого. Члены группы, ведущей слежку, прибыли чуть позже, разместившись в условленных местах: двое в грязном фургончике со спущенным колесом на полдороге по Флэскуок, еще один человек над книжным магазином на углу Бэк-лейн, другой в лавке лекарственных трав и еще один – на Хай-стрит, откуда он мог видеть станцию подземки. Сам Линли засел в доме, недалеко от наиболее вероятного места вторжения: дверей столовой, выходивших в задний садик. Он сидел в одном из низких кресел в неосвещенной гостиной, слушая по рации короткие сообщения от ведущих наблюдение снаружи.
В самом начале девятого пара в фургончике объявила:
– Хейверс в нижнем конце Флэск-уок, сэр. Она не одна.
Изумленный Линли встал, подошел к парадной двери и чуть приоткрыл ее в тот момент, когда сержант Хейверс и леди Хелен прошли под уличным фонарем, их лица осветил жуткий янтарный свет. Бросив быстрый взгляд по сторонам, они поспешно вошли в садик перед домом, а потом и в дверь.
– Ради бога, что… – горячо заговорил Линли, как только они, закрыв за собой дверь, очутились в темном холле.
– Я сама за ней увязалась, Томми, – сказала леди Хелен. – Дентон сказал мне, что ты пошел на наблюдение. Я сразу сообразила, что к чему, и поехала домой к сержанту Хейверс.
– Я не могу тебя здесь оставить. Проклятье, может случиться все, что угодно. – Линли прошел в гостиную и схватил рацию: – Мне понадобится здесь человек, чтобы…
– Нет! Не делай этого! – Леди Хелен в отчаянии бросилась к нему, но не прикоснулась. – Вчера вечером я сделала то, о чем ты меня просил. Я сделала все о чем ты меня просил. Поэтому позволь мне теперь остаться здесь. Мне нужно, Томми. Я тебе не помешаю, я обещаю. Клянусь. Просто позволь мне закончить это так, как мне надо. Пожалуйста. – Он внезапно почувствовал странную нерешительность. Хотя знал, что обязан был выпроводить ее. Ради нее же самой. Ее присутствие здесь было не более уместным, чем в гуще уличной свалки. Слова – очень правильные и убедительные – уже готовы были сорваться у него с языка, но тут Хелен снова заговорила, поразив его до глубины
