Рассказы о привидениях

четыре отличных рассказа и еще десять запасных для сериала Эдди Нопфа.
В конце концов, мужчины перегнали женщин, но лишь немного. Тринадцать из моих лучших двадцати четырех историй (все они не поместились в эту книгу) написаны мужчинами и одиннадцать — женщинами. Эти цифры кажутся мне интересными, и я объясню почему. Многие удивляются и недоумевают, отчего среди выдающихся музыкантов и живописцев практически нет женщин. С литературой дело обстоит иначе. С тех пор, как за перо взялись сестры Бронте и Джейн Остин, появилось множество хороших писательниц. Но этого нельзя сказать о музыке, живописи и скульптуре. За всю историю мир не знал ни одной женщины-композитора, которая создала что-нибудь выдающееся. Пожалуй, в живописи и скульптуре женщины тоже не добились особых успехов. Величайшей художницей была, вероятно, Попова, можно назвать еще двух русских — Гончарову и Экстер. Были еще кое-кто, но ни одна из них не шла ни в какое сравнение с огромной массой великих мужчин-живописцев от Дюрера до Пикассо.
Но вернемся к женщинам в литературе. Около ста тридцати лет они создают хорошие романы, некоторые из них даже стали великими. Но, судя по всему, у них не получается писать пьесы или первоклассные рассказы. По-моему, еще ни одна женщина не написала классическую пьесу. И что касается рассказов — нет, пожалуй, нет. Я имею в виду выдающиеся рассказы. Из двадцати пяти величайших рассказов (если бы мне удалось составить такую подборку) предположительно один принадлежит перу Кэтрин Мэнсфилд, один — Уиллы Катер и один — Ширли Джексон. И все. Со счетом двадцать два против трех побеждают мужчины.
Но вот что интересно — истории о привидениях, во всяком случае, те, о которых я говорю, являются рассказами. И именно в этой весьма специфической категории женщины идут почти наравне с мужчинами, их счет гораздо выше, чем в случае с романами — тринадцать в пользу мужчин, одиннадцать в пользу женщин. Но заметьте, именно женщины написали некоторые из самых лучших.
По-видимому, в теории, согласно которой женщины обладают особым даром писать о сверхъестественном, все-таки что-то есть. Разве можно забыть дивную историю Ширли Джексон «Лотерея»? Всем известно, что в ней говорится не о привидениях. Но она описывает жуткие необъяснимые события, а по стилю повествования оставляет далеко позади всех мужчин, которые пишут рассказы.
Место женщин в одном из самых важных жанров литературы не вызывает у меня ни малейших сомнений. Я имею в виду, конечно же, книги для детей. Можете сколько угодно возмущаться моим заявлением, и я говорю это не потому, что сам иногда пишу детские книги. Я убежден, что этот жанр — самый важный. Все другие виды литературы созданы исключительно для развлечения взрослых. Детские книги тоже предназначены для развлечения, но помимо этого у них есть и другие цели. Они прививают ребенку привычку читать. Они учат его грамотности, пополняют его словарный запас, а в наши дни они учат детей, что есть более интересные способы времяпрепровождения, чем смотреть телевизор.
Литературные журналы, воскресные книжные обозрения и так называемое литературное сообщество в целом игнорируют детскую литературу, и это возмутительно. Больше всего внимания уделяется биографиям, следом идут романы для взрослых и поэзия. Детские книги упоминаются лишь изредка. Но — теперь, пожалуйста, слушайте внимательно! — пусть один из этих напыщенных авторов или критиков попробует написать детскую книгу — я имею в виду хорошую книгу, которую полюбят дети и которая выдержит испытание временем! Почти наверняка у него ничего не получится.
Я уверен, что написать хорошую бессмертную книгу для детей гораздо труднее, чем написать бессмертный роман. У меня есть веские причины для столь спорного утверждения. Сколько за год пишется взрослых романов, которые будут читать с интересом и через двадцать лет? Наверное, полдюжины. А сколько детских книг, которые с удовольствием будут читать дети через двадцать лет? Вряд ли больше одной.
Вы можете возразить, что крупные писатели не станут даже пытаться писать книги для детей. И ошибетесь. Большинство из них пытались. Однажды много лет назад одному нью-йоркскому издателю по имени Кроуэлл Колльер в голову пришла блестящая, как всем показалось, мысль: они предложат всем знаменитым писателям англоговорящего мира написать историю для детей. Соблазнят их высоким гонораром. А потом объединят все истории в один том и получат готовый сборник классики.
Издательство разослало предложения, и благодаря высокому гонорару и сравнительно небольшому по объему заданию все писатели согласились. Это были крупные фигуры, подчеркиваю, знаменитые романисты, так называемые титаны литературного