Маркиза Нетерли точно знает, какая жена нужна ее сыну, неисправимому ловеласу, поэтому приглашает в Лондон сестер Торн: такую же ветреную, как еее потенциальный жених, Делию и благочестивую Изабеллу. Одной из них достанется лишь мимолетный поцелуй на маскараде, а с другой он захочет не только провести ночь, но и встретить рассвет… Кому из девушек удастся укротить строптивого?
Авторы: Александра Хоукинз
всего, его скупые движения указывали на то, что он не хочет испугать ее тем, что ожидало впереди.
Изабелла сощурилась, ослепленная внезапной вспышкой молнии, за которой раскатисто пророкотал гром.
— Адская ночь, — пробормотал Вейн, оглядываясь в сторону окна. — Вряд ли кто-то поспешит к своим каретам и экипажам.
Он лег в постель, и, когда придвинулся к Изабелле, она ощутила бархатистое прикосновение его плоти к своему бедру.
— В нашем распоряжении вся ночь, Изабелла.
— Такие сладкие груди, — прошептал Вейн. Он прижал губами мягкую кожу на правой груди и лизнул сосок. — Я с удовольствием открою для себя все твои секреты.
— У меня нет секретов, Вейн, — с трудом выдохнула Изабелла.
— В самом деле? — он улыбнулся, прижавшись губами к ее животу. — Хочешь, поспорим?
Его пальцы заскользили к треугольнику волос у нее между ног, и она шумно втянула ртом воздух.
— Поспорим?
— Я прирожденный игрок и спорщик, милая.
Вейн провел пальцами по щели, скрывающей складки ее женского естества, удовлетворенно отметив влагу, которую выделило ее тело, готовясь принять его в себя.
— Ха! Надо быть дурой, чтобы ввязаться в спор с профессиональным игроком.
— Деньги мне не нужны. — Во всяком случае, от тебя.
Ласки Вейна становились все глубже, подушечка его большого пальца закружила вокруг мягкого узелка в верхней части складки.
— Рискни, Изабелла. Если ты выиграешь, потребуешь от меня все, что захочешь. Все, чего захочет твоя душа.
— А если я проиграю? — с сомнением в голосе поинтересовалась она.
— Ты позволишь мне выиграть снова.
— О, Вейн, — стонала она, пытаясь успокоиться и утирая слезы. — Похоже, проиграть мне просто не удастся.
— Надо быть дурой, чтобы мне отказать, — произнес он, проскальзывая пальцами в ее росистую ракушку. — А ты уже в первый день нашего знакомства доказала, что далеко не дура.
Вейн не предоставил ей возможности сформулировать остроумный ответ. Опершись локтем на матрац, он окутал ее ласками. Он теребил ее женские складки, кружа по ним пальцами и терзая неглубокими проникновениями, чтобы возбудить и подготовить к принятию его нетерпеливого члена.
Другой рукой он гладил ее волосы и ушко, в то время как его рот покусывал ее губы и медленно опускался все ниже, кончиком ловкого языка облизывая и щекоча горло, и наконец достиг ее прекрасных грудей. Затем он вернулся к ее припухшим губам, чтобы снова и снова повторить свое чувственное странствие, пока ее потребность в нем не сравнялась по силе с его собственным желанием.
