Рассветная бухта

крестным отцом Эммы. Или же так решила Дженни?
— Нет! Это все Пэт. Я же говорю — они были закадычными друзьями. На свадьбе Конор был другом жениха. Они остались в хороших отношениях.
До тех пор пока что-то не изменилось.
— Он был хорошим крестным?
— Да, замечательным. — Фиона улыбнулась, глядя на тощего юношу на фотографии. От одной мысли о том, что я должен буду сказать ей про Конора, мне стало не по себе. — Мы с ним водили детей в зоопарк, и он рассказывал Эмме невероятные истории о приключениях животных — про то, что бывает, когда зоопарк закрывается на ночь… А однажды Эмма потеряла игрушечного мишку — того самого, которого брала с собой в постель. Она была безутешна. Конор сказал ей, что мишка выиграл билет в кругосветное путешествие, и стал посылать ей открытки из диковинных мест вроде Суринама, Маврикия и Аляски. Даже не знаю, где он их брал, — наверное, из сети. Он вырезал фотографии похожего мишки, наклеивал их на открытки и писал Эмме от имени медведя: «Сегодня катался на лыжах с горы, потом пил горячий шоколад. Крепко тебя обнимаю. С любовью, Бенджи». Конор посылал ей открытки каждый день, пока она не влюбилась в новую куклу и не перестала горевать о медведе.
— Когда это было?
— Года три назад. Джек был еще крошечным, так что…
Лицо Фионы снова исказила гримаса боли.
— Когда вы в последний раз видели Конора? — спросил я, пока она не успела задуматься.
Внезапно ее глаза настороженно вспыхнули. Ее сосредоточенность постепенно таяла; Фиона чувствовала, что что-то здесь не так, даже если не могла понять, в чем дело. Она откинулась на спинку стула и обхватила себя руками.
— Точно не помню. Давно. Пару лет назад, наверное.
— Он не приехал на день рождения Эммы в апреле?
Ее плечи еще чуть-чуть напряглись.
— Нет.
— Почему?
— Наверное, не смог.
— Вы только что сказали, что Конор был готов в лепешку расшибиться ради крестницы. Так почему он не приехал к ней на день рождения?
Фиона пожала плечами:
— Не знаю. Спросите у него.
Она отвела взгляд и снова принялась собирать пушинки с рукава. Я устроился на стуле поудобнее и стал ждать.
Это заняло несколько минут. Фиона посматривала на часы, пока не поняла, что мы готовы ждать дольше, чем она.
— Возможно, они поссорились.
Я кивнул:
— Из-за чего?
Фиона неуверенно пожала плечами:
— Когда Дженни и Пэт купили дом, Конор сказал, что они спятили. Я тоже так считала и пару раз пыталась им это объяснить, однако они и слушать ничего не желали, так что в итоге я заткнулась. Ну то есть они были счастливы, и я хотела радоваться за них.
— А Конор — нет. Почему?
— Он не умеет держать рот на замке, не умеет улыбаться и молча кивать, даже если не в силах ничего изменить. Он считает, что это лицемерие. Если идея кажется ему скверной, он так и скажет.
— И его слова разозлили Пэта или Дженни. Или обоих?
— Обоих. Они говорили: «А как еще нам стать домовладельцами? Как еще приобрести нормальный дом с садом для детей? Это прекрасный способ вложить деньги. Через несколько лет мы сможем продать дом и купить жилье в Дублине, но пока… Да, будь мы миллионерами, то сразу же купили бы особняк в Монкстауне, однако средств у нас мало, и если Конор не желает одолжить нам пару сотен тысяч, мы купим именно этот дом». Они страшно злились, что Конор их не поддержал. Дженни все повторяла: «Его негатив мне не нужен. Если бы все думали так же, как он, страна лежала бы в руинах. Нам нужен позитив…» Она сторонница позитивного мышления, и поэтому в самом деле очень расстроилась. Ей казалось, что одни лишь слова Конора могут все испортить. Подробностей я не знаю, но мне кажется, что, в конце концов, они сильно повздорили. После того случая Конор у них не появлялся и они про него не вспоминали. А что? Это важно?
— Конор по-прежнему вздыхал по Дженни? — спросил я.
Это был вопрос на миллион долларов, но Фиона посмотрела на меня так, будто я не услышал ни одного ее слова.
— Боже мой, это же произошло тысячу лет назад. Детская любовь, ничего серьезного.
— Детская любовь иногда бывает мощной штукой. В мире полно людей, которые ее не забывают. Как по-вашему, Конор — один из них?
— Понятия не имею. Спросите у него.
— Ну а вы? У вас еще сохранились чувства к нему?
Я ожидал, что Фиона набросится на меня, но она задумалась над вопросом, опустив голову и снова перебирая волосы.
— Это зависит от того, что вы имеете в виду. Да, я скучаю по нему. Иногда думаю о нем. Я дружила с ним с одиннадцати лет. Для меня это важно. Но я не тоскую, не мечтаю вернуть сбежавшего жениха и не хочу жить с ним, если вы об этом.
— Вам не пришло в голову поддерживать с ним связь после ссоры с Пэтом