Рассветная бухта

рождением детей, счета от стоматолога, терапевта и фармацевта. Все имена и номера телефонов отправлялись в мой блокнот; постепенно список вопросов уменьшался, а число возможных контактов становилось все больше.
В конце дня позвонил человек из отдела по борьбе с компьютерными преступлениями, чтобы доложить о завершении предварительного анализа. Мы сидели в комнате Эммы: я просматривал ее ранец (множество рисунков розовым мелком, на одном большими буквами аккуратно выведено «СЕГОДНЯ Я ПРИНЦЕССА»); Ричи сидел на корточках у шкафа и пролистывал книги сказок. Кровать была голой: парни из морга унесли Эмму вместе с простыней — на тот случай если подозреваемый оставил на материи волосы или волокна, — и от этого комната казалась такой пустой, что от одного взгляда перехватывало дыхание. В нее словно тысячу лет уже никто не заходил.
Компьютерщика звали Киеран, а может, Киен. Он был молод, говорил быстро, и, похоже, наше дело нравилось ему гораздо больше, чем поиски детского порно на жестких дисках или чем он там занимается целыми днями. В телефонах и нянях ничего интересного не обнаружилось, а вот компьютер — совсем другое дело: кто-то с ним поработал.
— Ну я ведь не собираюсь включать машину — так же можно изменить даты доступа к файлам, верно? Кроме того, вдруг там установлен блокиратор, который стирает все данные при включении. Поэтому первым делом я делаю копию жесткого диска.
Я включил громкую связь. Сверху доносился противный, назойливый звук — низко над землей кружил вертолет с прессой. Кому-то из «летунов» предстоит выяснить, что за издание, и предупредить репортеров, чтобы в сюжете не было кадров с логовом.
— Копию «винта» я подключаю к своей машине и иду сразу в журнал браузера — если на диске есть что-то интересное, то скорее всего там. Вот только у этого компьютера журнал пустой. Типа совсем. Ни одной страницы.
— Значит, они пользовались только электронной почтой, — сказал я, уже зная, что не прав: Дженни делала покупки в интернет-магазинах.
— Неправильный ответ. Спасибо, что участвовали в нашей викторине. Интернетом сейчас пользуются все. Даже моя бабушка нашла сайт фанатов Вэла Дуникана, а ведь у нее никогда не было компьютера — его купил я, чтобы она не так сильно депрессовала после смерти дедушки. Конечно, можно настроить браузер так, чтобы журнал очищался при выходе из программы, но обычно это делают только на общественных компьютерах — в интернет-кафе например. На домашних машинах такое не часто встретишь. Я все равно проверил — нет, эта опция в браузере не включена. Я начинаю искать удаленные файлы — вуаля: кто-то стер их вручную в четыре часа восемь минут утра.
Ричи посмотрел на меня. Мы слишком увлеклись «пунктом наблюдения» и упустили из виду, что у нашего парня были и другие, менее заметные способы проникнуть в жизнь Спейнов. Мне вдруг показалось, что из шкафа за мной кто-то следит, и я усилием воли заставил себя не оборачиваться.
Компьютерщик не унимался:
— Теперь я хочу выяснить, что еще сделал этот чувак. Ищу другие файлы, которые были удалены примерно в то же время, и знаете, что выскакивает? Весь. pst-файл «Аутлука». Стерт с лица Земли. В четыре часа одиннадцать минут.
Ричи делал пометки, положив блокнот на постель.
— Это их электронная почта? — спросил я.
— О да — вся электронная почта, все отправленные и полученные сообщения. И адреса в придачу.
— Что-нибудь еще удалено?
— Нет, это все. На диске полно обычного добра — фотки, документы и музыка, но за последние сутки эти файлы никто не открывал. Ваш чувак включил комп, почистил журнал и почту и сразу вышел.
— Наш чувак, — повторил я. — А вы уверены, что это сделали не хозяева?
Киеран — или Киен — фыркнул:
— Абсолютно.
— Почему?
— Потому что крутыми компьютерщиками их не назовешь. Вы знаете, что у них на рабочем столе? Файл под названием — нет, я не выдумываю — «Пароли». А в нем — ни за что не догадаетесь — все их пароли: от почты, от интернет-банка, от всего. Но вот что замечательно: для кучи сайтов — разных форумов, интернет-магазинов — и для самого компьютера у них один и тот же пароль: «ЭммаДжек». У меня сразу возникло дурное предчувствие, но я же не хочу думать о людях плохо и, прежде чем биться головой о клавиатуру, звоню Ларри и спрашиваю, нет ли у владельцев компа мелких, а если есть, то как их зовут. И он отвечает — держитесь: — «Эмма и Джек».
— Наверное, они думали так: если компьютер стырят, то вор скорее всего не будет знать имена детей и поэтому не сможет его включить.
Компьютерщик тяжело вздохнул — видимо, помещая меня в одну категорию со Спейнами.
— Дело же не в этом. Мою девушку зовут Адриана, и я лучше себе глаза выколю, чем сделаю