Рассыпала снег ночь

так, — я улыбнулась. — Так что от меня требуется?
— От тебя требуется поторопиться. Обувайся, одевайся, и выходим, — Максим накинул куртку. — Мы должны быть на месте к семи.
— Вообще-то еще только полдень.
— Туда только ехать часа два. Тем более, не пойдешь же ты в таком виде. Так что сначала пробежимся по магазинам.
— Не надо мне ничего покупать! — мгновенно возмутилась я.
— Лер, — Максим устало потер виски, — ну что ты так на этом зациклилась? Я понимаю, что ты боишься того момента, когда признаешь мою правоту. Но зря ведь боишься. Единственное, что сейчас стоит между нами, — это твои дурацкие убеждения.
Еще в полной мере не осознав смысл его слов, я выпалила:
— Я вообще-то Сережу люблю!
— А, ну да, совсем забыл про твоего прекрасного принца на деревянном коне, — Макс снисходительно улыбнулся.
— Почему на деревянном-то? — растерялась я.
— Потому что ни один уважающий себя конь не станет иметь дела с таким парнем.
Я только открыла было рот для гневной тирады, как Максим меня перебил:
— Если еще не передумала мне помогать, то поехали.
Наверное, по-хорошему надо было передумать. И смертельно обидеться вдобавок за то, что он про моего любимого гадости говорит. Но в то же время почему-то очень хотелось с ним поехать. Оправдала себя тем, что делаю это исключительно в целях доказательства бескорыстия.
Мотивируя, что для звания его девушки я должна одеваться иначе, Максим протащил меня по энному количеству брендовых магазинов, в итоге едва не доведя до истерики и продавцов, и меня. Раз десять я хотела чистосердечно послать его ко всем чертям, но почему-то не послала. Стоически исполняла роль собирающейся на бал золушки, не забывая при этом переругиваться с «крестной феей». Изначально я, конечно же, была против того, чтобы мне что-то покупали, но Максим сказал:
— Лер, не заморачивайся, это нужно мне, а не тебе, так что к вопросу твоей «продажности» не относится.
Странно, но я раньше думала, что если у него и есть семья, то он с ними не общается. А теперь опасливо представляла себе его чопорных родственников в особняке с дрессированным дворецким и парочкой гектаров газона вокруг. Конечно, никто в мире несовершенен, но учитывая, что у Максима и так был огромный изъян — его взгляды на жизнь, то по крайней мере семья у него должна быть нормальной для равновесия. Но, как гласит народная мудрость, думай о лучшем и готовься к худшему.
Около четырех часов вечера мы приехали к нему домой. Акбар встретил меня радостно, если, конечно, его сдержанную дружелюбность можно было считать радостью. Ткнулся носом мне в ладони, проигнорировав Максима.
— Все понятно, — Макс засмеялся, снимая куртку, — пока вы были без меня, ты успела переманить моего пса на свою сторону, — сел на корточки и протянул Акбару руку. — Здороваться-то будешь?
Дог невозмутимо дал ему лапу и тот с архисерьезным видом ее пожал.
— Скоро уже ехать? — я почему-то жутко нервничала.
— Да сейчас перекусим и поедем. Только не говори мне, что ты не голодная, все равно не поверю, — Максим прошел на кухню, мы с Акбаром за ним.
— Может, пока не поздно, ты кого-нибудь другого с собой возьмешь? — я села на стул. — А если я не понравлюсь твоим родным?
— Главное, чтобы ты мне нравилась, — Макс открыл холодильник и окинул задумчивым взглядом его содержимое. — Ветчину будешь?
— Ты что, мне кусок в горло не полезет, — я тоскливо вздохнула.
— Лер, ты совершенно зря волнуешься, — он ободряюще улыбнулся. — Никто там тебя не съест. Кстати, о «съест», моя тетя потрясающе готовит утку, это ее фирменное блюдо, такое ты точно не ела. Дядя иногда утверждает, что только из-за этого на ней и женился. А ты умеешь готовить?
— Эммм… ну как сказать, — я вспомнила горелые шедевры своей кулинарии, — умею, только есть это невозможно.
— Тогда у нас будешь готовить ты, Акбар, — смеясь, Максим потрепал пса по ушам.
— А ты, что ли, не умеешь?
— У меня, конечно, талантов бесчисленное множество, но тут я пас. Ладно, раз ты есть отказываешься, я тоже буду голодать. Нагуляю аппетит.
Я хотела поинтересоваться, как это он тогда поваром служил, но промолчала. Вспомнила ту фотографию. Не знаю, правда, как выглядят повара в армии, но явно не так.
— А что ты дарить будешь? — я перевела тему.
— Вазу антикварную. Моя тетя от таких вещей в восторге.
— Так юбилей ведь у дяди, — не поняла я.
— Юбилей у них общий. Тридцать лет совместной жизни. Ужас, правда? — Максим засмеялся.

На празднование мы умудрились опоздать. Точнее, не то чтобы опоздать, но приехать самыми последними. По дороге Максим мне сказал, что его дядя работает