Растерзанное сердце

в «Роще», в «Адельфи», в «Башне» или в каком-нибудь из студенческих пабов на Вудхаус-лейн, в Гайд-парке или в Хэдингли. Да и подальше, в «Фармерс армс», где однажды в воскресенье вечером играли блюзовые группы — «Савой Браун», «Чикен Шек» и прочие, а также «Фри» и «Джетро Талл». И потом, можно не сомневаться, что наши пойдут на любое преступление, лишь бы попасть на концерт в Бримли, где играют такие знаменитости! Так что на первый взгляд казалось, что Линда оказалась там вовсе не случайно. Штука в том, что на таких сборищах как-то не ждешь, что тебя убьют, там же все должно быть миролюбиво: собрание племен, праздник всеобщего единства.
Автобус загромыхал по Тонг-роуд, мимо «Лирика», зазывавшего посмотреть две комедии Джеральда Томаса по цене одной: прошлогоднюю «Забавную историю на перевале Хайбер» и «Забавную историю в походе». Вот бредятина, подумала Ивонна. День был серенький, слабый дождь постукивал в стекла. Ряды замызганных террас, тесно прилегающих друг к другу, спускались с холма к Холл-лейн: сплошные потемневшие крыши из шифера да грязный красный кирпич. На перекрестке, где улица пересекалась с Веллингтон-роуд, за «Короной», у муниципальных домов, в автобус забрались двое парней и уселись на второе переднее сиденье.
Несколько лет назад здесь снимали одну из сцен «Билли-лжеца», вспомнила Ивонна; тогда это была помойка, состоящая из разрушенных домов, но с тех пор тут построили одноэтажные многоквартирные дома. Ивонне было тогда лет восемь, и отец водил ее посмотреть на съемки. В конце концов ее даже сняли в одной из массовых сцен, она махала флажком, а Том Кортни

прорывался вперед на своем танке, но, когда потом Ивонна посмотрела фильм, она не смогла себя отыскать.
Парни закурили, не сводя с нее глаз и отпуская наглые фразочки. Ивонна их игнорировала.
С Линдой она познакомилась однажды вечером, во время летних каникул, в доме на Бэйсуотер-террас. У нее сложилось впечатление, что Линда приехала ненадолго. Когда-то она жила в Лидсе, но потом перебралась в Лондон. Линда была просто фантастическая, Ивонна это помнила. По-настоящему была знакома с группами, зависала с массой всяких рок-звезд в клубах и прочих заведениях. Она не была рьяной фанаткой, и она это подчеркивала: ей просто нравились музыка и ребята, которые ее играют. Ивонна вспомнила, как кто-то говорил, что один из «Мэд Хэттерс» — двоюродный брат Линды, но она не могла вспомнить, кто именно.
Линда и сама немного играла на гитаре. В тот вечер она бережно уложила на колени свою акустику и сыграла джаггеровскую «Когда кончатся слезы» и «С обеих сторон» Джона Митчелла. У нее и голос неплохой, подумала тогда Ивонна, испытывая даже какое-то благоговение перед Линдой, перед особой светящейся дымкой, которую создавали вокруг ее бледных лица и рук длинные светлые волосы и длинное белое платье. Понятно, что парни к ней так и липли, но она никем из них не интересовалась. Линда никому не принадлежала. Она была сама по себе. А еще у Линды был потрясающий грудной смех, и Ивонну удивляло, как такая застенчивая с виду девушка, похожая чем-то на актрису и певицу Марианну Фэйтфул, может так чувственно смеяться.
В тот вечер с ними был Мак-Гэррити, вспомнила Ивонна, и даже он, казалось, стушевался, в кои-то веки убрал свой нож в карман и удержался от того, чтобы беспрерывно бормотать себе под нос Элиота. Был там и парень, Рик Хейс, про которого говорили, что он — устроитель Бримлейского фестиваля. Через него-то они и добыли несколько бесплатных билетов. Он знал Линду по Лондону и, кажется, знал Дэнниса, которому принадлежал дом. Ивонне не понравился Хейс. Он пытался затащить ее наверх и немного разозлился, когда она дала ему понять, что не пойдет с ним.
Это был единственный случай, когда Ивонна встречалась с Линдой, и они обменялись всего двумя-тремя фразами, но Линда тогда произвела на нее впечатление. Ивонна ждала результатов по своему уровню О, а Линда сказала что-то насчет того, что экзамены ничего не доказывают и что главная правда о том, кто ты есть, — у тебя внутри.
Ивонне это показалось разумным. А теперь вот Линда мертвая. Ее зарезали. Ивонна почувствовала, как слезы щиплют ей глаза. Не верится. Такая же, как она. Во время фестиваля она ее не видела, но тут ничего удивительного нет.
Автобус миновал газовый завод, протарахтел над каналом и рекой, а потом — мимо огромной стройки: на углу Веллингтон-стрит возводили новое здание «Йоркшир пост». Проехав мимо высоких темных викторианских строений, он вырулил на Городскую площадь, и Ивонна выбралась наружу. Тут была пара новых бутиков, в которые ей хотелось заглянуть, а в маленьком музыкальном магазинчике в глубине переулка возле Альбион-стрит