Растерзанное сердце

мог еще остаться альбом, который выпустили «Блайнд Фэйт». В июне родители не отпустили ее в Гайд-парк на бесплатный концерт, так она хотя бы насладится этой музыкой в записи. Потом она пойдет на Кэрберри-плейс, встретится со Стивом, выкурит косячок. Их компания в этот вечер собиралась в «Башню» послушать «Жан Дюк де Грей». Дерек с Майком были своего рода местные знаменитости, к тому же они были живые люди, разговаривали с тобой, подписывали тебе свой первый альбом, а не прятались за сценой, как рок-звезды. Но на душе было неспокойно. Рассказать отцу про Линду или нет? Если она расскажет, полиция сразу же примчится на Бэйсуотер-террас. А если всех заметут — Дэнниса, и Мартина, и Джули, и других? Это будет ее вина. Если ребята узнают, они больше никогда не будут с ней разговаривать. Она была уверена, что никто из них не имел никакого отношения к тому, что случилось с Линдой, зачем же навлекать на них неприятности? Рик Хейс — мерзкий тип, Мак-Гэррити — чудной, но ни тот ни другой не станут убивать своих. Если полиция узнает, что Линда в июле была на Бэйсуотер-террас, как это поможет расследованию? Отец и без того рано или поздно узнает, кто была эта Линда, он отлично умеет все узнавать, но это произойдет не с ее помощью, и никто не сможет ее обвинить.
Так Ивонна в конце концов и решила, сворачивая в переулок, вымощенный влажным булыжником: она будет держать язык за зубами, она ни за что не пойдет к фараонам, даже если главный фараон — ее отец.

У звания старшего инспектора есть свои преимущества, подумал Бэнкс воскресным утром, не спеша попивая в оранжерее вторую чашку кофе и пролистывая воскресные газеты. На улице уже часа два как кончился дождь, сияло солнце, погода немного наладилась, хотя в воздухе отчетливо пахло осенью: подгнивающими листьями, едким дымком отдаленных торфяников.
Разумеется, он оставался руководителем расследования, и вскоре ему предстояло допрашивать Келвина Сомса. Кроме того, ему надо будет найти время, чтобы заскочить и в отдел, и в спецфургон, обозначить свое присутствие и узнать о новых результатах, если они будут. В подобных расследованиях он никогда не удалялся надолго от театра боевых действий, однако пока у его группы было достаточно самостоятельных занятий, а криминалистический отдел должен был еще просеять массу материала. Бэнкс находился на расстоянии всего одного телефонного звонка от коллег, так что, если не будет какого-нибудь прорыва, ему незачем каждое утро на рассвете являться в свой кабинет, где его ждет готовая погрести его под собой груда бумаг, и больше ничего. Завтра утром они с Энни первым делом отправятся на поезде в Лондон, и там, возможно, им удастся побольше узнать о Нике Барбере. Пока Энни выяснила, покопавшись в «Гугле», что он писал для музыкального ежемесячника «Мохо», а кроме того, его перу принадлежала пара броских биографий рок-звезд. Это было любопытно, и Бэнксу показалось, что теперь, когда ему известен контекст, он припоминает это имя — Ник Барбер. Но смутно, очень смутно…
Как только Бэнкс решил, что пора прибраться и двинуть на ферму Сомса, в дверь постучали. Вряд ли это Энни: она уехала встречаться с родителями Барбера, живущими близ Шеффилда. Озадаченный, он не спеша прошел в переднюю, открыл и в изумлении увидел на пороге своего сына Брайана.
— А, пап, отлично, ты дома.
— Как и следовало ожидать, — проговорил Бэнкс. — Ты не позвонил.
— Батарейка сдохла, а зарядник в машине раздолбался на хрен. Извини. Ничего?
— Конечно, — ответил Бэнкс, улыбаясь, кладя руку на плечо Брайану и делая шаг назад. — Давай, входи. Всегда рад тебя видеть.
Брайан скорее услышал, чем увидел какое-то движение за спиной у Брайана, и в поле зрения появилась молодая женщина.
— Это Эмилия, — представил Брайан. — Эмилия, это мой папа.
— Здрасте, мистер Бэнкс, — произнесла Эмилия, протягивая ему мягкую руку с длинными пальцами, сужающимися к концам, и браслетом на запястье. — Очень приятно познакомиться.
— Можно мы принесем вещи из машины? — спросил Брайан.
Все еще озадаченный происходящим, Бэнкс просто сказал «хорошо» и стоял столбом, пока Брайан с Эмилией вытаскивали две большие спортивные сумки из багажника красной «хонды», которая, судя по ее виду, явно знавала лучшие времена; затем они вернулись к коттеджу.
— Мы поживем несколько дней, если не возражаешь, — заявил Брайан, когда Бэнкс жестом пригласил их войти. — У меня образовалось кое-какое свободное время перед репетициями к нашему туру, а Эмилия никогда не бывала в Долинах. Решил ей показать. Мы немного погуляем, ну, все эти сельские дела.
Брайан с Эмилией опустили поклажу