В сентябре 1969 года в Северном Йоркшире, на Бримлейском фестивале, заколота ударом ножа в сердце девушка-хиппи, Линда Лофтхаус; а в октябре 2005-го убит кочергой музыкальный критик, обозреватель Николас Барбер. Следствие приходит к выводу: оба преступления — дело рук одного злодея, и двумя жертвами он не ограничился.
Авторы: Питер Робинсон
поступки, иной раз — смертоносные. Чедвик допил свою пинту и вернулся в управление. Надо попросить констебля Брэдли, чтобы тот вежливо поторопил ученых мужей, а пока он, Чедвик, наведается вместе с юным Эндерби в Свейнсвью-лодж.
Бэнкс не бывал в Лондоне после смерти Роя, точнее, после жутких взрывов террористов-смертников в метро и в автобусе, случившихся нынешним летом, 7 июля 2005 года, и, выходя сегодня днем из экспресса Большой северо-восточной железной дороги на вокзале Кингс-Кросс, он удивился, почувствовав комок в горле. Конечно, отчасти это было из-за Роя, но отчасти — из-за какого-то глубинного чувства ярости по поводу того, что пришлось пережить этой площади.
На вокзале Кингс-Кросс, как обычно, толпилось множество путешественников, глазеющих вверх, на многочисленные табло, словно в ожидании инопланетного космического корабля. Присесть здесь было негде, вот в чем состояла проблема. Железнодорожные власти не желали способствовать тому, чтобы пассажиры торчали на вокзале, у властей и так было полно хлопот с террористами, подростковой проституцией и наркотиками. Так что беднягам приходилось ожидать поездов стоя.
Констебль в форме встретил Бэнкса и Энни у бокового выхода, как и было условлено, и помчал их в патрульной машине по центральным лондонским улицам, в сторону Кромвелл-роуд, потом — по Грейт-Вест-роуд на запад, в Чизвик, к дому Ника Барбера, расположенному неподалеку от пивоварни Фуллера. Это было современное кирпичное строение всего в три этажа; Барбер жил на последнем, в одной из угловых квартир. Полицейский слесарь уже ждал их.
Когда были улажены все формальности и переданы все нужные бумаги, замок так быстро поддался манипуляциям слесаря, что Бэнкс невольно задумался, не применяет ли тот свой опыт для менее законных деяний.
Бэнкс и Энни попали в комнату с лиловыми стенами, на которых висели знаменитые плакаты времен расцвета психоделического искусства: Джимми Хендрикс и Джон Мэйол в концертном зале Уинтерленд в Сан-Франциско 1 февраля 1968 года; «Буффало Спрингфилд» в Филлмор, Калифорния, 21 декабря 1967 года; «Мэд Хэттерс» в Раундхаусе, Чок-фарм, 6 октября 1968 года. Вперемешку с ними висели обрамленные обложки пластинок шестидесятых годов: «Дешевые ужасы», «Облачение Дизраэли», «Слепая вера», «Вечные перемены»,
а также скандально известное произведение сэра Питера Блейка — «Клуб одиноких сердец сержанта Пеппера». Сделанные на заказ полки содержали внушительную коллекцию компакт-дисков и пластинок, а стереосистема была шедевром фирмы «Бэнг энд Олафсен», и таким же шедевром были наушники «Боуз», лежащие у кожаного кресла.
Дисков было слишком много, чтобы просмотреть их в один присест, но, кинув беглый взгляд, Бэнкс отметил преобладание рока конца шестидесятых — начала семидесятых, примерно до эпохи Боуи и «Рокси Мьюзик» включительно; здесь имелись команды, о которых он не вспоминал много лет, например, «Атомик Рустер», «Куинтэссенс», «Д-р Стрэнджли Стрэндж» и «Эмейзинг Блондел». Было тут и кое-что из джаза, главным образом Майлз, Трейн и Мингус, а также изрядное количество Баха, Вивальди и Моцарта.
Одна из полок была отведена под журналы и газеты, в которых Ник Барбер публиковал свои обзоры или большие статьи; здесь стояли также две принадлежащие его перу биографии рок-звезд. На рабочем столике под окном валялась недавняя корреспонденция, главным образом счета и реклама. Стационарного компьютера не было, заметил Барбер: вероятно, Барбер всю работу выполнял на ходу, пользуясь ноутбуком, который потом кто-то забрал.
Спальня была опрятная и функциональная, с аккуратно застеленной двуспальной кроватью и гардеробом, полным одежды, в основном — такой же, какую Барбер брал с собой в Йоркшир: повседневной и не очень дорогой. Ничто не указывало на то, что хозяина интересовало что-то помимо музыки, — разве что книжные полки, отражавшие довольно разносторонние вкусы в области художественной литературы, от Вудхауза до Эмиса, с вкраплениями фантастики, триллеров и детективов — Филип Дик, Рэмси Кэмпбелл, Дерек Рэймонд, Джеймс Херберт, Урсула Ле Гуин, Джеймс Элрой и Джордж Пелеканос. Остальную часть библиотеки составляли работы, посвященные рок-н-роллу: Грейл Маркус, Лестер Бэнгз, Питер Гуральник.
В шкафчике для документов, стоящем в углу спальни, хранились копии договоров, программы концертов и написанные о них Барбером обзоры, таблицы расходов, черновики статей — все это следовало взять с собой и подробно изучить. Но пока Бэнкс обнаружил то, что ему нужно было узнать, в короткой
