Район №17

========== Глава 1 ==========
Правило №248: Если ты наивно полагаешь, что наконец выпал день безделья, то неожиданный звонок с радостью похерит всю малину.
Если как следует побродить по давно одичавшему Району №17 и забрести куда-нибудь к черту на рога, то, возможно, повезет наткнуться на настоящую крепость из железа и бетона, увешанную проводами и антеннами, словно рождественская елка. Может быть, даже удастся угадать мудреный пароль из тринадцати символов, а если и это окажется случайному проходимцу (человеку явно башковитому) по силам, то сигнализация отключится, и защелкают металлическими зубами многочисленные замки, достойные какого-нибудь швейцарского банка.
И вот там, во мраке захламленных прокуренных комнат, утонувших в сигаретном дыму, живет Рудольф Альтман — настоящая свинья. Этот двадцатипятилетний мешок костей и сухих мышц, не брившийся порядком неделю, не мывший черных волос, готовых соперничать с творческим беспорядком на голове Эдварда Руки-Ножницы, в одних трусах сидит перед голубым экраном. Стол — первоклассная помойка, уставленная пустыми банками из-под перцев чили и таких же жгучих малышек-халапеньо. Чего здесь только нет! Переполненная пепельница, разобранный пистолет, потрепанные покерные карты, несколько пачек сигарет, склянка с растворимым кофе и электрический чайник. В жестяной коробочке поблескивает горка горьких ментоловых леденцов, высится на краю стола кипа залитых кофе бумажек, а сверху одиноко скучает почти съеденный карандаш. Но главное украшение этого погрома — кружка неопределенного цвета, которую не мыли, наверное, пару лет.
Из многострадальной посудины Руди вот уже три года чего только не пьет: и воду, и любимый кофе без сахара, и виски, и дорогой коньяк, и вино по настроению. Если присмотреться, то можно понять, сколько этот полуголый уродец не спал. Его синие глаза под съезжающими очками давно покраснели от просиживания за ноутбуком и выкуренных сигарет, которые он, такая сволочь, тушит прямо в кофейной лужице на загаженном столе. Под этими самыми бесстыжими глазами пролегли черные, как и его немытые волосы, тени. В углу светящегося экрана, показывающего очередной идиотский фильм ужасов об инопланетном вторжении, время отображает четкое и ясное «13:18». Значит, прошло уже двадцать восемь часов и шестнадцать минут с тех пор, когда этот ублюдок спал в последний раз.
Наверное, у любопытного обывателя уже напрашивается вопрос: кто же сейчас в таких подробностях описывает бурные будни этого самого парня? Кто его так страстно «любит», раз называет уродцем, свиньей и ублюдком? Ответ, между прочим, крайне прост. Человеку, поливающему Руди первосортной грязью и знающему о нем так много, двадцать пять лет. На данный момент он хлебает остывший кофе без сахара, курит сигарету и с тупым видом смотрит фильм, потому что не знает, чем еще заняться в этот дождливый и холодный весенний день. Собственно, этого человека тоже зовут Руди. Потому что он — это я. Двадцатипятилетний Рудольф Альтман с кретинским позывным Олень.
Так уж вышло, что сегодня пошли пятые сутки внештатных выходных. Отец не выходит на связь, ребята молчат и точно так же прожигают часы, отсыпаясь или занимаясь разномастными бесполезными делами в своих опутанных проводами неприступных крепостях. Но надо бы заметить, что лучше скука в четырех стенках и литры кофе, чем очередная вылазка с оружием, транквилизаторами и малышками-видеокамерами.
Для ясности дела неплохо бы сказать, что мы — Ловцы, застрявшие по своей воле и воле Отца в Семнадцатом Районе. Семнадцатый Район — это новое название города, умершего лет тридцать назад по прихоти того психа, что нахимичил в подземной лаборатории какой-то вирус, превративший пять миллиардов человек в тупоголовых и не очень ходячих мертвецов, если можно так выразиться. Почему я сомневаюсь? Потому что, во-первых, они не только ходят, но и прыгают, ползают, бегают, а, во-вторых, никакие они не мертвецы, так как их мозг вполне жив, а сердце сокращается, качая по жилам первосортную дребедень.
Мы Ловцы и нас пятеро: Олень, Малыш, Каспер, Бес и Якудза. Наша задача — бегать за недопокойниками и снимать их на видеокамеру, запечатлевая на гигах памяти то, как они скачут по району, жрут друг друга и воспроизводят себе подобных, прежде совершая пиздецки тошнотворный акт совокупления. Иногда нам приходится вооружаться разномастными мудреными приспособлениями, транквилизаторами и прочей дребеденью, чтобы охотиться на отдельных представителей пятимиллиардного поголовья. После того, как один из ловцов берет в плен бесценного невредимого поганца, все мы связываемся, пользуясь привычными и вполне обыкновенными телефонами. А далее,