Район №17

Здесь, с поганым чувством вины из-за ухода незаменимого бойца и настоящего профессионала.
Мы созванивались с Отцом, и он лишь обобщенно сказал, что Бес действительно уже прибыл к себе домой и сменил черные шмотки на голубую джинсу и серое пальто. Каспер, заинтересовавшийся его внезапным побегом, пошарил в сети, но ничего не нашел — хотя бы потому, что Кристиан не сильно дружил с интернетом. В конце концов, этот-то уж тип заслужил себе отдых. Так пусть вернется назад таким же сволочным извращенцем с похабными ухмылками, чем вся ловецкая кодла будет смотреть мне в спину и шептаться, что Крис смылся именно из-за меня.
А потом Отец сказал, что совсем скоро наши ряды пополнятся. Что еще немного, и мы встретим нового Ловца, ибо уже три года состав отряда не пополнялся — непорядок. Не помираем мы, такие сволочи, не даем официальных мест новобранцам. Вряд ли Каспер откажет себе в удовольствии пошариться в чужих файлах и найти то, что всех нас так интересовало. И, я не сомневаюсь, именно этим занимался наш дорогой дружище с призрачным позывным. Все мы знали: Кас уже долбит по клавиатуре, пытаясь раньше всех все узнать и выведать, кто к нам мчится.
Я не представляю, сколько просидел, одержимо скуривая сигареты и выхлестывая кофе бокал за бокалом. Наверное, прошло много времени, потому что, когда совсем стемнело и комната погрузилась в непроглядную черноту, из мыслей меня вырвал стук костылей о лестницу. Билл, спустившись до середины, не пошел дальше. Он молча смотрел мне в голую спину до тех пор, пока я не повернулся к нему, прежде щелкнув свет — не хотелось бы, чтобы мальчишка оступился и полетел вниз, считая ступеньки своим веснушчатым носом.
Я не собирался спрашивать, чего он хочет. Не стал упоминать о том, что я терпеть не могу, когда на меня исподтишка пялятся — это уже профессиональное, ничего не поделать. Сразу хочется по мордасам надавать за такие вот финты.
— Ты в порядке? — спросил Билл. — Последний раз я видел тебя в той же позе в девять утра. Сейчас одиннадцать ночи.
Я странно хихикнул и поднялся с кресла, потягиваясь и щелкая позвонками. Под натянувшейся кожей можно пересчитать ребра, тазовые косточки держат на мне спадающие джинсы. А когда-то здесь висело пузо, да и сиськи у меня были покруче, чем у Якудзы. Хотя я в свое время очень резко вытянулся и похудел на отцовских препаратах, без хирургического вмешательства не обошлось — некий виртуоз удалял кожу. Шрамов, к слову, вы вряд ли смогли бы найти. А вот Бес как-то раз нашел… я мысленно выругался.
— Со мной случается такое периодически, — пожал я плечами, — просто ты не привык, дружочек. Как ты смотришь на то, чтобы поваляться на моем царском ложе, поесть какой-нибудь вредной херни и заснуть под занудный фильм?
— Это лучше, чем смотреть в потолок.
— Тогда жди меня в постели, детка, — многозначительно подмигнул я и принялся отсоединять ноутбук.
Подыгравший Билли, вскинув бровь и оскалившись, заковылял на костылях к моему священному лежбищу. Через несколько минут я уже делал рейсы «кухня — спальня», перетаскивая наверх печенья, соленые крекеры, перчики халапеньо, оливки, джем и чипсы. Вдобавок я и пару бутылок пива захватил, хотя Богомол очень не советовал Билли совмещать бухло с таблетками. Думаю, сегодня этим правилом можно и пренебречь, ибо не уверен, что пол-литра ледяного светлого свалят юного Вайнберга в могилу. Смотреть мы решили старый и местами излишне сладкий фильм «В джазе только девушки», украшением которого являлась весьма привлекательная блондиночка — куколка Мерлин Монро. Оказывается, парнишка никогда не видел эту общеизвестную черно-белую древность, но на мою краткую рецензию отреагировал положительно.
— Ты, надеюсь, пьешь? — спросил я, протягивая ему запотевшую бутылку.
— Было дело, — ответил Билл и удобнее устроился в ворохе моих пестрых абстрактных подушек.
Мы так и валялись с ним бок о бок, потягивая пиво и медленно скуривая одну сигарету за другой. Билл таскал печенье, густо вымазывал его в вишневом джеме, и мне, жующему крекеры и глотающему перцы с оливками, показалось дикостью сочетать сладкое с пивом. Впрочем, все те, кто меня знал, шарахались вышеупомянутых халапеньо и оливок.
Миловидные кисы спивались в вагоне, забившись на полку, я тупо пялился в экран, наблюдая эту десятки раз виденную картину, а мальчишка клевал носом, но вроде как еще не спал. Дым висел в комнате, словно туман, наши лица светились мертвецкой бледностью в черно-белом свете ноутбука, и только тлеющий кончик сигарет горел живым рыжим огоньком во всей этой истинно растаманской идиллии. Самое смешное, что я впервые смотрел фильм не в одиночестве, а с кем-то. Биллова бутылка опустела, он вдавил окурок в пивную крышку и, очевидно