Романтическая история с попаданцем в другие миры, с путешествиями по диким и не очень землям, с магией и прогрессорством. Повесть о том, как забытый бог, растерявший свою былую мощь в забвении, пытается использовать совершенно неподготовленного человека для возвращения в мир.
Авторы: Патман Анатолий
как в болоте увяз в разных хозяйственных вопросах, и с полудня я его практически и не видел.
— Милорд, куда мы пойдем?
— Давай-ка, Лиллена, навестим мы храм. Помолимся, попросим у Всевышнего помощи, и просто облегчим душу.
Храм как храм, только каменный. И меньше, чем наш, деревянный, в Верестиноре, если на глаз, раза в два. Везде стояли каменные изваяния Всевышнего Алгура, от совсем маленьких до парочки больших, раза два выше человека, у алтаря в центре храма, возвышавшихся как огромные столбы над толпой простых горожан, набившихся сюда в поисках спасения, особенно женщин и молодых девушек. Да и никто не стал бы трогать их, даже в собственных домах, так как виновных ждала бы суровая кара. И, кстати за целый день таких случаев и не было.
Все со страхом смотрели на меня и моих воинов. Наверное, присутствие рядом со мной двух девушек только и успокаивало бедных женщин.
— Приветствую вас, воины. И что вам надо в божьем храме? Прошу вас, пожалуйста, не нарушайте порядок и не трогайте моих прихожан! — испуганный, и в тоже время злой жрец выскочил нам навстречу из-за спин людей. Явно старше меня, почти лысый, невысокий и упитанный, типичный южанин, как и сами прихожане, в основном пришлые веренцы. Хотя, самый пришлый тут как раз я. Как рассказывали пленные, их отцы-командиры говорили им, что чуть ли не из подземелий Шиктана проклятого.
— Нет, святой отец, позвольте нам просто помолиться.
Никто не стал нам препятствовать, когда мы нагло прошли к самому алтарю.
— Тебе, Всевышний, от всей души молимся, у тебя ищем покровительства, помилуй, спаси и сохрани нас.
Я, когда был в степях, видел и слышал, как Риналдо читал эту молитву, и запомнил. На всякий случай, мол, пригодится. Вот и пригодился. Пусть я теперь и Главный жрец Великого бога, но ведь и жрец храма Всевышнего Алгура в Северном Дэлиноре! Мои ладони легли на гладкий холодный камень. Своим внутренним зрением я попытался найти Сердце алтаря, и нашел. Боже, какой же он был истощенный! Божий свет еле-еле трепыхался в нем, и, наверное, Сердце доживало свои последние дни. Это, конечно, просто образно, но, как мне кажется, в местах, где вера сильная, и Божий свет должен быть сильным. А, тут, похоже, кругом одни безбожники, раз даже Сердце их алтаря постепенно затухало от людского неверия.
— Прими, Всевышний, молитву нашу и одари нас своим благоволением, дай силы на день сегодняшний и завтрашний. Дай силы достойно встретить невзгоды и радости, одари надеждой и любовью.
Я, наконец, с большим трудом смог дотянуться до Сердца и начал вливать в него свою Силу, жреческую, конечно, немного, но, видимо, достаточную для каких-то изменений. Оно начало светиться более ярко, камень алтаря потеплел, а потом весь алтарь как-то посветлел и начал слегка светиться светло-оранжевым светом.
— Тебе, Всевышний, от всей души молимся, мы будем вечно помнить тебя, помилуй, спаси и сохрани нас.
А потом случилось очередное чудо. Алтарь вдруг вспыхнул, почти как в степи и в Верестиноре, но только более светлым оранжевым светом и озарил весь храм. И у меня в душе стало как-то тепло и приятно. Я понял, что Сердце алтаря в благодарность за мое участие приняло, признало меня. Наверное, это как-то понял и жрец, стоявший рядом с нами и настороженно наблюдавший за всеми моими действиями. Он потрясенно отпустился на колени и тоже зашептал про себя. Люди, увидевшие это, тоже стали повторять его действие. Остались стоять только мы у алтаря и наши воины. Они находились на службе и без приказа не могли даже молиться. Тем более, некоторые из них видели такое же чудо в Верестиноре и являлись уже почитателями Великого бога.
Но вот свет во всем храме ослабел, и остался только теплый алтарь, светившийся еле-еле заметным светом.
— Лиллена, Сильпикка, потрогайте камень. Какой он теплый и приятный. Ребята, — тихо позвал я охрану, свою и девушек, — тоже прикоснитесь к алтарю, и пойдемте отсюда.
— Хорошо, милорд! Только без нас никуда не выходите.
Когда я уже почти дошел к выходу из храма, то не выдержал и оглянулся назад. Люди, невзирая на то, мужчины или женщины, мальчики или девочки, старались прикоснуться к алтарю и потом молча отходили в сторону, давая место другим.
— Милорд, мне стало так хорошо, как и в храме Верестиноре.
— И мне тоже. Что это было, милорд?
— Не знаю, Сильпикка, но, похоже, алтарь признал меня. Как когда-то в северном Дэлиноре, когда я убегал от разъяренных степняков.
— А как же тогда Великий бог?
— Так я являюсь и его жрецом тоже.
Хотя, последнее для моих спутников откровением не являлось.
На Изнур отпускалась темная-темная ночь. Как известно, именно в это время все злодеи
