Разборка по-русски

было весело и интересно. Иногда их спутницей была гитара. Чего греха таить, Люба с огромным удовольствием слушала в его исполнении разные песни, романсы. Имея тонкий природный слух, обладая к тому же еще и приятным баритоном, он свои песни пел свободно и задушевно. Иногда Люба пела вместе с ним. Она часто в такие минуты ловила себя на мысли, что слушает не голос любимого человека, а голос Сирены, который ее пьянил и делал беспомощной перед желаниями Жигана…
В один из таких вечеров Жиган с Любой вечером после ужина пришли на причал и сели в лодку, цепь которой к причалу была прикована замком. Покачиваясь в лодке в такт набегавшим на берег волнам, они повели непринужденную беседу. Наговорившись вдоволь, Люба попросила Жигана:
— Коля, спой мою любимую.
Под этой просьбой одновременно понималось, что он должен был еще и играть на гитаре.
— А ты меня поддержишь?
— Как смогу.
— Тогда заказ принимается.

— Коля, если не ошибаюсь, то я, кажется, слышала эту песню по радио, — задумчиво сообщила она ему.
— Точно так оно и было. Я ее сам несколько раз слышал по радио, — охотно подтвердил он.
— Интересно, почему тогда она не запала мне в душу?
— Видишь ли, певец пел ее с маршевой скоростью, бегом, а надо петь не спеша и с душой.
— Правильно ты говоришь, молодой человек, — неожиданно услышали они старческий, дребезжащий голос с пирса.
Посмотрев вверх, они увидели старика с охотничьим одноствольным ружьем в руках. Жигана удивило, как такая старая «развалина» могла незаметно подкрасться к ним.
— Что ты тут делаешь ночью? — сердито полюбопытствовал у старика Жиган, недовольный, что их подслушивали.
— Сторожую, соколик! Все здесь охраняю, смотрю, чтобы никто лодки не угнал, слушаю и удивляюсь, как некоторые люди могут хорошо и душевно петь.
— Нехорошо, дедушка, подслушивать людей, — смущенно заметила ему Люба.
— Ты не права, дочка, и тебе рано еще меня учить. Я нахожусь на своем рабочем месте, и мне нельзя покидать свой пост. По-твоему выходит, если я услышал, как поет соловей, то должен не слушать его и покинуть рабочее место. Тем более я вас слушал не даром и, если хотите, то в виде платы за прекрасную песню разрешу вам покататься на лодке.
От такого предложения Жиган с Любой никак не могли отказаться. Сторож отомкнул цепь, отдал Жигану весла, и лодка с влюбленными медленно отчалила от берега.
Отдохнувшие, накатавшись на лодке, уверенные, что их уже никто не подслушает и не увидит, они часа через три возвратили лодку доброму старику со словами благодарности за оказанную услугу. Надолго запомнится каждому из них