Разведёнка

обиделась, но теперь, пожалуй, готова была согласиться. В конце концов, это не детские игры и не благотворительный базар, это грязный мужской бизнес. Тут каждый за себя. И если она хочет добиться чего-то, надо рассчитывать на свои силы и мозги. Ну, с мозгами у нее все было в порядке.
Кристина еще раз просканировала все свежим взглядом. Похоже, Рудик так обделался, когда его прижал Белый, что даже носа в эти операции не совал. Последний вход был ее собственный. Отлично, сказала она себе.
Пальцы, конечно, немного подрагивали. Потому что это был риск.
Осторожно, как будто ступала шпильками по яйцам, вошла, пробежалась. Несколько переводов, незаметных, маленьких. А потом откинулась в кресле и скрестила руки. Ну что ж, начало положено. Закрыла все, отсоединила жесткий диск и выключила компьютер.
Ее прямо распирало, адреналин, прилив сил. Сейчас она чувствовала себя прежней Кристиной. Ну почти.  Посидела еще чуть, повертела в руке смартфон и набрала Антона. Тот сразу откликнулся.
— Ну что? Как у тебя дела, деловая ты наша?
— Хорошо, сегодня мебель в офисе сменила.
— Да ты что?!
— Да, теперь у меня все белое, прикинь!
Сейчас Кристина ощущала какую-то детскую радость, оттого что все задуманное сегодня удалось. Наверное, потому ей вдруг и пришла в голову идея:
— Кстати! Как насчет того, чтобы вечером сходить куда-нибудь? Втроем, Андраника возьмем. М?
***
Рудик действительно обделался, когда Паша Медведев прижал его. Причем в буквальном смысле. Более того, он тогда передал Белому всю информацию. А сегодня, когда в систему был осуществлен вход, и Белому доложили, кто это сделал, у него аж завибрировало в груди.
Это был повод!
В какой-то момент он смутился от этой своей радости. Потому что осознал, он просто искал повод снова ее увидеть.
— Нет, врешь, — протянул про себя Белый. — За такое ее следует примерно наказать! С Белым жульничать нельзя.
Планы, один привлекательнее другого, стали выстраиваться у него в голове.
— Павел Анатольевич, позволите… — отвлек его доверенный.
— Что тебе, говори? — нетерпеливо перебил его Паша Белый.
— Вот, здесь полный отчет и записи последних телефонных звонков.
Паша поморщился, ему хотелось остаться со своими приятными мыслями в одиночестве.
— Оставь здесь, я просмотрю.
Человек оставил файл с распечатками и гаджет на столе, поклонился и вышел.
Какое-то время Белый еще сидел, прикрыв очень светлые, почти бесцветные глаза, потом ленивым жестом включил запись.
И чем больше он слушал хрипловатый голос женщины, тем больше зверел.
глава 27
После длинного и наполненного суетой «трудового» дня Кристине хотелось просто отдохнуть. Хоть немного расслабиться, сбросить груз нервного напряжения последних дней и снова почувствовать себя молодой и беззаботной. Как в институте.
Правда, тогда у нее было намного больше ограничений. А сейчас она разведенка, пусть об этом никто пока не знает, зато сама себе хозяйка. Этот статус уже даже начинал ей даже нравиться.
— Хмммм? Почему нет? — засмеялся в трубке Антон.
И предложил сходить в кино.
— Ага, отлично!
— Тогда я звоню Андранику и встречаемся?
— Давай.
Собиралась уже отбиться, и вдруг подумала, что сейчас надо вызывать такси, ехать домой, прихорашиваться. Стало так лень, честно говоря. Подумаешь, не при параде, пусть нас любят такими, какие мы есть. В конце концов, она же отдыхать собралась, нет?
— Слушай, я сегодня без машины, и что-то домой ехать так в лом.
— Да, а чего сразу не сказала? Я сейчас за тобой заеду.
Ну вот и все. Просто обсудили, просто договорились, никакой излишней напряженности. Вообще, конечно, Кристине нравилась его открытая и дружелюбная манера общения, без специфических самцовых закидонов. Да и в остальном Антон казался уверенным и надежным.
Понятное дело, что она ему нравилась как женщина. Уж что-что, это она сразу просекла. Но, бл***, Штирлиц, хихикнула Кристина. Хотя, Андраник тоже тот еще Щтирлиц, и внешне ничего так. Однако, стоило ей подумать, что у Андраника наверняка такая же мама как ее собственная, и этот аргумент перешибал все его возможные достоинства. Нет, нет и нет.
А вот из Антона мог бы получиться идеальный муж, вдруг подумалось ей. С ним легко и нескучно, можно говорить о чем угодно. Веселый, юморной. Не то что каменный Влас, от которого бывало слова неделями не дождешься. С ним она, пожалуй, могла бы сосуществовать. Вот только не возбуждал он ее абсолютно, подумала Кристина, ковыряя ногтем белую пластиковую окантовку стола.
— Ни он, ни кто другой, — вздохнула