Разведёнка

шпильках, Кристина просто не решилась. Глянула вниз — голова закружилась, вроде не высоко, один этаж, но так круто! Надо хоть немного успокоиться, иначе она там ноги переломает.
Внезапно шаги раздались совсем рядом, и она слышала, как отворилась дверь туалета. Кристина вжалась в стену и затаила дыхание. Как хорошо, что она не стала прятаться там!
А снаружи было довольно прохладно, к тому же наступил вечер. Но в те несколько лет, или минут, или секунд, Кристина не чувствовала холода. Кровь вихрем неслась по венам.
— Переждать, переждать, переждать… — твердила она про себя. — Уходи, мужик, уходи, уходи!
Наконец дверь туалета закрылась, шаги стали удаляться. Ушел.
Фуууууххх… Кристина выдохнула, как спущенный шарик, и привалилась к стене спиной, закатывая глаза. Теперь можно немного расслабиться. Огляделась, зябко повела плечами.
В этот момент зазвонил ее телефон.
***
Проклятие! Кристина вздрогнула, у нее от внезапно прорезавшего тишину звонка глаза на лоб полезли. Судорожно схватила гаджет, чтобы сбросить вызов, но поздно, ее услышали. Шаги снова забухали громом в ушах.
И тогда она просто бросилась, очертя голову, по лестнице вниз.
Такая крутая лестница, решетчатые ступени, а она на шпильках! Один раз каблук застрял, но она его выдернула. А когда до земли оставалось всего пара ступеней, просто подвернулась нога, и Кристина полетела на асфальт, обдирая колени.
Больно, так что искры из глаз!
С досады на себя, на ситуацию, на окаянные каблуки, чуть слезы не брызнули. Стоило ли удирать, как заяц? Лучше бы она спокойно сидела в офисе.
Как по-идиотски, бл***… И колготки опять порвала.
Но самое неприятное, что дверь таки распахнулась и на площадку, на которой она только что стояла, выскочил тот тип. Телохранитель Белого. Завертел головой, естественно, сразу ее увидел. Расслабился, вытащил гаджет, быстро отправил какое-то сообщение и снова спрятал гаджет в карман. А потом стал не спеша спускаться.
Позорно до предела.
Собрав все свое достоинство и остатки гордости, Кристина села, поджимая под себя ноги. Страх ушел, осталась одна досада и злость на себя. Еще одно усилие, она уже собиралась встать. когда во внутренний двор медленно и тяжело ступая, вошел мужчина.
Кристине показалось, она видит кошмарный сон.
Мужчина с очень светлыми волосами приближался, и она снова замерла под взглядом его белесых глаз, как удав перед кроликом. А он остановился, не доходя несколько шагов, смерил ее поганым циничным взглядом, от которого ей захотелось удавиться. И спросил, скривив тонкие губы:
— Куда-то спешишь? Крис-ти-на.
глава 29
Так по-дурацки вляпаться могла только она. Кристина смотрела ему в глаза и не верила, что это дерьмо снова происходит с ней в реальности. А он склонил голову набок, пожевал губами и причмокнул:
— Не ожидал, что ты будешь встречать меня на коленях. Научилась уважению? Молодец, давно пора.
До этого момента все было просто неприятно, но теперь…
Когда он это сказал, как будто адский факел взметнулся в душе Кристины, начисто выжигая все смятение и страх. Она презрительно выдохнула и поднялась на ноги, проигнорировав руку, которую ей протягивал телохранитель. Он уже успел спуститься и теперь стоял рядом.
Этого еще не хватало. Сейчас она была так зла, что сейчас ей было плевать на всех, и больше всего на Белого козла. Кристина поправила юбку, отряхивая колени от налипшей трухи и мелких камешков, выпрямилась и проговорила, глядя ему прямо в глаза:
— Да. Я спешу, — и сделала шаг.
Трудно далось ей. Ноги подкашивались, содранные коленки саднили, но все же куда больнее было внутри, где все тряслось и клокотало от злости и досады.
— Далеко собралась? — спросил Белый.
Холодный голос сочился ядом. Он оглядел ее с ног до головы, губы презрительно скривились, а в глазах столько самодовольства, что Кристину передернуло. Она еще больше выпрямилась, подобралась. Никакой расхлябанности, больно, трудно — плевать! Отточенным движением откинула прядь с лица, шагнула, и ноги не дрожали больше.
— В кино, представь себе.
Шаг, еще шаг. Красиво ходить на каблуках она умела. Пройти мимо него не останавливаясь, не обращая внимания, как изменяется, загорается странным огнем его взгляд. Пусть катится нах***.
— Не так быстро. Крис-ти-на.
Сказал, как бетонную плиту перед ней обрушил. Она невольно замерла, а воздух словно загустел, с трудом проходил в легкие. Его взгляд тяжелый, давящий, непонятный. Кристина тряхнула головой, сбрасывая с себя наваждение:
— У меня нет времени. За мной должны заехать,