Разведёнка

знал, когда они просто отрабатывают, а когда кончают по-настоящему.
И вместе тем, сейчас он морщась вспоминал эти ее жалкие попытки сопротивления. Дралась с ним, маленькая глупая сучка, он же мог сломать ее одним пальцем. В тот момент он ее сопротивления просто не заметил. Он же знал, что стоит ему начать, и все будет идеально. Что она еще раньше него улетит в кайф. Так и было.
Так какого х*** она потом устроила демонстрацию, как будто он ее изнасиловал?! Ей же было ХОРОШО! Так хорошо, что она на весь вагон орала. Он же все продумал, предусмотрел. И что в итоге?
В итоге мозг она ему вынесла.
В этот момент женщина под фонарем встрепенулась и махнула подъехавшему такси. Пошла гордо вышагивать на своих шпильках. Королева, бл***…
Уселась в машину, захлопнула за собой дверь, а у него как крючок под ребрами — что-то в груди потянулось за ней следом.
— Сука она обыкновенная, а не королева! — сплюнул он про себя.
Но то глубинное, мужское, первобытное, что сидело у него внутри, давно уже усвоило, что эти понятия каким-то образом прекрасно совмещаются. Нонсенс.
Он не хотел этого признавать! И вместе с тем, разве не он сидел тут и караулил ее? Нах*** ему вообще все это сдалось?!
А не отпускало, держало его что-то. Какое чувство незавершенности, ощущение, что ему недодали. Обидно. Мало!
Да, вот. Нашел. Ему было мало. Эта мысль немного успокоила, потому что обрисовывала некие привычные границы потребностей. Просто и понятно, если мало, надо взять больше.
Больше взять не получалось, примешивалось чувство вины, странное, непривычное и неправильное, но он почему-то не мог его переступить. А в сумме выходило, что надо договариваться. Это тоже укладывалось в какую-то привычную схему в его понимании.
Не укладывалось другое — договариваться с бабой, просить, чтобы она ему дала???
Ах-ха-ха! Дожился Белый! Ты дожился. Больше ему нечего было себе сказать.
Мужнчина поморщился, сцепляя руки в замок и подался вперед. Пора прекращать идиотское копание в себе.
***
Такси отъехало с вокзальной площади, увозя женщину.
— За ней, — проговорил он одними губами, почти беззвучно.
Но водитель услышал, мягко тронул машину следом.
глава 43
Кристина просто устала. Просто устала, и все. Но хотелось даже не спать, а лечь в ванну, смыть с себя все это. Прогреться, блин.
Промерзла она. Нет, холода не чувствовала, нахлынувшая какая-то апатия притупила ощущения, выгорели все эмоции. Пальцы на ногах окоченели и вся как-то… Ладно, все пройдет.
Сейчас доберется до дома, и все будет хорошо. Горячий кофе.
Ммммм…! При мысли о горячем кофе, она даже поежилась, первая приятная эмоция за это время. Потом подумала, что надо позвонить маме, та же будет беспокоиться, но было рано. Кристина решила уже добраться и позвонить из дому, а лучше просто отправить смс.
Вытащила гаджет, стала набирать сообщение и нахмурилась.
«Мама, у меня все хорошо…»
Нет. Рука как-то на поднялась это отправить, потому что на самом деле ей было хреново. Стерла. Набрала снова:
«Мама, не волнуйся…»
Это тоже нельзя было отправлять, потому это мама тут же все просечет и начнет волноваться, чего доброго решит приехать. Вот этого точно не надо. В конце концов Кристина поджала губы, сообщение, которое она отправила матери звучало так:
«Мам, я добралась. Буду спать»
Коротко и ясно. Спрятала телефон в сумку и затихла, глядя в окно. А за окном темно, фонари. Будто и не утро вообще, а вечная ночь. Но к тому моменту, когда такси довезло ее до дома, небо уже немного посветлело. Расплатилась с таксистом, тот попрощался и уехал. Вежливый мужик оказался.
Кристина проводила взглядом машину, вспоминая того таксиста, с которым она пару недель назад тут целую ночь куролесила по клубам, праздновала свой развод. Усмехнулась про себя, здорово она тогда погуляла.
И вообще, гулять по ночам у нее уже входит в привычку.
Правда, в этот раз все было не так, но окаянные туфли на высоченных шпильках…
Ноги в них задубели и подкашивались. Единственное, о чем Кристина сейчас мечтала, это скинуть проклятые ходули к чертовой матери, стащить с себя все и влезть в ванну. И кофе рядом поставить. Кайф.
Миновала входной тамбур, каблучки зацокали по плитке холла, пошла к вожделенным лифтам. Ступала осторожно, чтобы не грохнуться на скользкой плитке. Как назло и нос решил потечь и стал как-то подозрительно чесаться.
Чихнула и столкнулась в дверях лифтового холла с соседом. Вел выгуливать своего лабрадора. Опять уставился на нее, как будто увидел чудо. Буркнула:
— Здрасьте, — и просочилась