Разведёнка

Ответ из глубины сознания пришел мгновенно. Разве что детали.
Вот ради этих деталей он и продолжал этот скользкий разговор.
— А что теперь Влас?
Надеин пожал плечами, потянулся за бутылкой виски и налил себе еще.
— Не знаю, я его с того дня не видел. Он вроде уехал на месяц. Отпуск себе устроил.
Белый прищурился, сопоставляя поведение обоих за это время. Нельзя сказать, чтобы Кристина и ее, теперь уже с уверенностью можно было сказать, бывший муж, полыхали любовью друг к другу. Но ему нужна была уверенность, четкие гарантии.
Потому что если ребенок у чернявой от него…
Странная судорога прошлась по телу. Белый уставился в свой бокал, а потом опрокинул его залпом. Но ощущение осталось, оно подрагивало нетерпением где-то внутри. Оно как бы подтягивало его на новый уровень, этап.
Выспрашивать у Надеина дальше про его сестру не имело смысла. Этот обтекаемый сукин сын все равно ничего конкретного не скажет. А он и так слишком открылся.
— Ладно, давай, что там у нас по делу, — проговорил Белый, потирая переносицу.
Потом они еще больше часа говорили о делах, вернее, говорил Игорь. Он в основном слушал, лишь изредка что-то спрашивал. И все это время он вертел в голове мысль, что зря все это затеял, говорить нужно было с ней.
***
Спустя какое-то время Игорь полностью отчитался о делах. Они посидели еще немного, но разговор как-то не особо клеился. И через какое-то время Надеин стал прощаться.
Звоночек прозвенел в голове у Паши.
— Ты сейчас куда? — спросил вроде бы из праздного любопытства.
На самом деле, при мысли, что он пойдет сейчас к ней спать, у Паши внутри все переворачивалось. Брат он там или не брат, нех*** ему ночью рядом с этой бабой делать!
— Та, Рудик здесь. Звал посидеть. Ты как? Присоединиться не желаешь?
— Рудик? — лениво спросил он, глядя на Надеина исподлобья. — Нет, пойду спать.
— А, ну ладно. А мы сегодня в покер до утра.
— Валяйте. Рудику привет передавай, — вяло проговорил и усмехнулся, знал, что при одном его имени Рудик обделается в очередной раз.
Игорь Надеин ушел, а Пашу немного отпустило напряжение. Не в его привычках было сдерживать эмоции, вообще, сдерживать себя. Хотел — брал, хотел — делал. А теперь вытанцовывал как сапер на мине, бл***.
Выключил торшер, освещавший комнату, встал и подошел к окну. Теперь свет падал только снаружи. Свет фонарей заливал крепкую мужскую фигуру. Мягко белела в темноте рубашка. Руки в карманах брюк, ноги расставлены. Белый провел пятерней по волосам и откинул назад голову.
Того, что он узнал, не хватало. И все же, из разговора с Игорем Паша понял нечто важное — она не сказала брату, сохранила в тайне. Это делало происходившее между ними чем-то особенным, знаковым. А то, что между ними что-то проиходит, не было смысла отрицать.
Отношения? У него? Паша тихо и дробно расхохотался. Но он чувствовал это неладное постоянно. Его будоражило, ему хотелось добавки! И не только добавки, бл***…
Это было глупо, он сам стеснялся себе в этом признаться. Ерунда! Ему просто необходимо выяснить, спала ли она с кем еще, кроме него.
Для чего? Что он собирался с этим знанием делать? Так далеко он не загадывал, важно было здесь и сейчас. Его первобытный мужской интерес никогда не был так настойчиво ориентирован на одну бабу. Такого не было, чтобы его трясло от жадного желания подмять под себя не какую-то абстрактную дырку, а именно ее. И это было странно. А то, что она, возможно, беременна от него, вообще вызывало какой-то священный трепет.
Глупые мысли, нах***! Совсем ему от недотраха башку засрало!
Надо просто вытрясти из чернявой сучки правду! С кем спала, где, когда, сколько раз. И пох*** все остальное.
Пусть попробует не сказать! Он будет ее наказывать самыми грязными способами, на которые способна его фантазия. Да, мать его! Сучка снова будет течь и орать под ним от кайфа.
Осознав, какое направление его мысли приняли на этот раз, Белый немного успокоился. Потому что это было привычно. А то другое, что он начинал к ней испытывать, было выше понимания, ставило его в тупик.
Мужчина у окна повел шеей, склонил голову к одному плечу, к другому, разминая позвонки. Дурацкое состояние! Какое-то, бл***, томление, тоска.
Что за ху*ня с ним творится? Он что, пубертатный подросток?! Зло провел ладонью по затылку, взлохмачивая белевшие в темноте волосы. Плохо. После разговора с Надеиным, Белый был на взводе. Его словно подзуживало изнутри, несколько раз порывался пойти и разобраться прямо сейчас, настолько томительным оказалось это состояние неуверенности и недостатка информации.
Постепенно мужчина заставил себя успокоиться.
Нех***