Разведёнка

ютился на долбанном узком диванчике. На нем лежать можно было только скрючившись в три погибели. Или ноги свешивались и разъезжались. А сидя он спать не привык.
Все бока и шею отлежал нах***. В конце концов плюнул на все и примостился на краешке ее больничной койки, благо, койка была широкая. И так под утро и заснул.
Естественно, стоило Кристине зашевелиться и ойкнуть от неожиданности, сразу проснулся.
— Что? Где болит? — кинулся проверять, не придавил ли он ее случайно.
Вроде нет. Но тут началось.
— Не смотри на меня, я страшная!
— Прекрати, хуже бывало.
У нее рот открылся от возмущения, зато замолчала. И тут же стала выкарабкиваться из постели.
— Ты куда?! — немедленно притиснул ее.
Снова ойкнула, пришлось отпустить.
— В туалет. Умываться! — сердито буркнула, откидывая одеяло.
— Подожди!
Он тут же оказался рядом, поддерживая ее, потому что Кристину еще покачивало, и потянул в туалет.
— Нет!
— Что нет? Чего я там не видал?
Она вытаращилась и запричитала. Белый стиснул зубы.
— Прекрати, ты уже делала это при мне.
— Ненавижу тебя! — прошипела со злости.
— Ага, ненавидь, давай. Только не уписайся, смотри…
И вдруг глаза у нее испуганно раскрылись, а рот округлился. И больше Кристина уже не сопротивлялась. Они таки сходили в туалет и умылись.
Кто бы когда-нибудь сказал Белому, что он будет водить бабу в туалет и балдеть от этого? А он тащился. Сейчас это была его мужская победа.
***
Потом он таким же путем отправил ее в постель, уложил, упаковал и прилег рядом.
Пора было уходить, дела ждали. Но прежде Паша собирался прояснить все, чтобы не было недоразумений и расставить все точки над «и».
— Твое свидетельство о расторжение брака будет готово завтра?
— Да, — пожала плечами Кристина.
— Хорошо, — Белый кивнул. — Сейчас немного придешь в себя, а потом мы поженимся. Но запомни…
Глаза у Кристины возмущенно вытаращились, а брови угрожающе сошлись на переносице. Белый этого не замечал, он держал ее руку в своей большой ладони и по одному целовал пальцы. Маленькие, тонкие пальцы с нарощенными ноготками. Эта интересная игра ему тоже нравилась, но главным было донести свою точку зрения.
А потому он продолжал:
— Больше никаких гулянок. Никаких шпилек! И за руль ты больше не сядешь, поняла? И чтобы я не видел тебя больше в том офисе, нах***.
— Нет, — сказала Кристина, отнимая руку.
— Что…??? — вскинул голову Паша, ему показалось, он ослышался.
— Нет на все.
— Что за ху*ня? Не зли меня, Крис-ти-на…
Что-то очень нехорошее зашевелилось в душе. Отказ?! Бл***! Отказ?
Но она потянулась, взяла за руку, и заговорила, прижимая его руку к своей груди:
— Шпильки останутся. И машину водить я буду! И Паша. Я буду заниматься бизнесом. Я хочу, и у меня это получается!
Он слушал весь напряженный, на грани. Еще не понимая, сорвется сейчас на чернявую диким зверем от злости или… Но она поглаживала его. Говорила, смотрела в глаза и незаметно поглаживала.
— А гулянки… — тут она сморщила нос и перекосилась. — Ладно. Только вместе с тобой.
— Никаких шпилек, бл***, — проговорил резко и чуть гнусаво. — И за руль ты одна не сядешь, пока все ПДД мне лично не сдашь.
— Ну Паша! Пойми, я не смогу иначе, я представляю себя без шпилек! Паша!
— Только со мной.
— Хорошо.
Она как-то неожиданно быстро сдалась, он даже не поверил. И как оказалось, не зря.
— А бизнес? — глаза снова округлились, у нее даже рот приоткрылся.
Смотрел на нее…
— Хорошо, — наконец проговорил Белый. — Но чтобы я был в курсе всего, что ты собираешься сделать.
— Да! — взвизгнула она и кинулась его обнимать и целовать.
— Так да? — спросил он строго.
Кивнула. Тогда он быстро перехватил и завел за голову обе ее руки, ловя внезапный испуг в ее глазах. Даааа. Это могло надолго выключить в его голове все мысли, но увы, аппетиты пришлось сворачивать.
Свободной рукой он вытащил из кармана то, что ему доставили еще ночью. Бархатную коробочку темно-синего цвета. Открыл ее, вытащил оттуда кольцо с самым огроменным брюликом, какой смогли найти в этом городе. Одел ей на безымянный палец.
И только потом выпустил.
А незабываемое это зрелище, когда женщина любуется бриллиантом, который ты ей подарил… Но ему надо было идти. Дела. Коснулся ее подбородка и сказал:
— Я отойду, а ты не дури тут.
И тут она словно очнулась и стала стаскивать кольцо! Белый ошалело на нее уставился. Какого х***она сейчас делала?!
— Ой, Паша! Забери пока, забери! Ты должен будешь официально посвататься. И прежде познакомиться с родителями.