Развод с магнатом

выходить на улицу, надеясь, что ливень немного утихнет, иначе промокнешь насквозь, пока добежишь до машины, и никакой зонтик не спасет. Она посмотрела на часы, где тонкая секундная стрелка, чуть слышно шурша, скользила по элегантному циферблату, потом улыбнулась фотографии, стоявшей у Джеймса на столе. На фотографии они с Джеймсом улыбались, а Кора, которой тогда только что исполнилось два года, важно надувала щеки. Господи, какие они были счастливые!.. А теперь она уже не помнила, когда последний раз гуляла с дочерью. Да и свидания с мужем в клинике тоже происходили как-то наспех, она пыталась говорить с ним о делах, но он почему-то обижался…
Прошло уже две недели с тех пор, как Сандра с головой ушла в проблемы Корпорации. Когда-то она знала про Корпорацию все, но семь лет – целая вечность в бизнесе, за это время многое изменилось. Кроме того, тогда информацию для нее отбирала команда Шольца, а теперь ей приходилось все делать самостоятельно. Конечно, это занимало уйму времени, и молодая женщина пропадала в офисе с утра до вечера. В первые дни она чувствовала, что ее присутствие в кабинете Джеймса вызывает раздражение Дезерта и других топ-менеджеров Корпорации. Это было понятно: разумеется, в глазах этих людей она была всего лишь супругой босса, захотевшей от скуки поиграть в бизнес-леди, да еще в такой неподходящий момент. Но потом у нее просто не стало времени замечать чьи-то эмоции.
Однако чем глубже Сандра вникала в документы, особенно в финансовые отчеты филиалов, тем тревожнее становилось у нее на душе. Оказалось, что бристольский филиал не заключил в течение трех последних лет ни единой крупной сделки, тем не менее там по-прежнему содержался большой штат сотрудников, получавших высокую заплату. С женевским филиалом дела обстояли ничуть не лучше. После смерти Джозефа Ханта, доверенного лица Теренса Харпера, во главе этого филиала оказался Грегори Нетвилл, который год назад был снят с другой, менее ответственной должности при скандальных обстоятельствах: выяснилось, что он заключал левые сделки. Кроме того, она еще более утвердилась в своих подозрениях, что купленная в начале мая шахта – «пустышка». И так было во всем: слаженный механизм, безотказно функционировавший при жизни Теренса Харпера, теперь давал сбои в самых разных местах. Сандре, на долгие часы погружавшейся в вычисления, казалось порой, что перед нею – колосс на глиняных ногах, способный рухнуть от небольшого толчка. Она начинала понимать, что империя Харпера долгие десятилетия держалась волей ее создателя, а после его смерти медленно катилась к распаду. Корпорация, пятьдесят семь лет назад крепко сколоченная из нескольких фирм, могла снова превратиться в цепь независимых средних предприятий.
Сандра с грустью убеждалась, что Джеймс, унаследовав дело своего отца, не получил в придачу его гения, его умения двигаться напролом, его безжалостного стремления к победе любой ценой. Джеймс был просто хорошим бизнесменом, а этого оказалось недостаточно, для того чтобы управлять целой империей. Разумеется, она не могла рухнуть в одно мгновение. Воля Теренса Харпера даже посмертно заставляла считаться с собой – кому как не Сандре было это знать! Даже теперь Корпорация дышала тяжело, но упорно, как серьезно больной, но не утративший воли к выздоровлению человек. Сможет ли она, Сандра, помочь этому выздоровлению? Иногда молодой женщине казалось, что Теренс Хапер, подписывая свое завещание, предусмотрел и это.
Сандра не раз размышляла над ролью этого человека в своей жизни. Иногда она была ему благодарна, иногда мысленно восставала против его бесцеремонного вмешательства в ее жизнь. Но как бы она к нему ни относилась, безусловно, этот человек заслуживал восхищения. Сандра вспоминала строки из дневника своей матери, который подарил ей на Рождество Шольц. Улетая в Ламбервиль, Сандра не взяла дневник с собой, а вернувшись, не обнаружила его среди своих вещей – наверное, Грэхем счел необходимым уничтожить его. Но никто не мог помешать ей вспоминать. Она видела строки, написанные аккуратным почерком Марии Козинцевой, так ясно, как если бы дневник лежал перед ней. С его страниц, как живой, вставал Теренс Харпер. Под обаяние этого сильного, властного, красивого настоящей мужской красотой человека могла попасть любая женщина.
«Он любит меня! Сегодня он привлек меня к себе и сказал, что я добилась своего. Я и не знала, что бывает такое счастье…» – писала ее мать. Сандра знала, что это счастье было недолгим. Теренс Харпер не оставил свою жену ради Марии и не позволил ей родить от него ребенка. Но он решил таким странным образом устроить судьбу ее дочери.
Когда Сандра поняла, что Джеймс во многом значительно уступает своему отцу, она испытала