Игорь Черниговский, или, как чаще его называют — Теоретик, вновь вместе с теми, с кем еще не так давно мечтал встретиться. Но избавит ли этот факт от всех тех проблем, которые представляют для Игоря смертельную опасность? И не добавятся ли к ним новые? Кроме того, теперь именно Игорю предстоит отвечать за жизни доверившихся ему людей, когда от правильности принятых решений зависит всё.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич
днем. Нисколько можно не сомневаться, кое-кто из наших, если не все сразу, уже успели подержать их в руке. Хотя, чего тут удивительного? Также естественно, как испытывая жажду, напиться воды. Мне и самому бы сейчас жадр не помешал, но увы.
— Спасибо, Игорь. У меня он еще совсем полный, — шепнула Лера в ответ, нечаянно пощекотав щеку волосами. Казалось бы, что в том такого? Но почему у меня вдруг возникло столько нежности к ней?
Очередной сильный всплеск, сопровождаемый чем-то вроде утробного рыка, раздался уже вдали. В той стороне, где должно располагаться побережье. Неужели все-таки нашествие? А эта тварь направляется туда в первых рядах? Судя по всему, наш командир считал именно так.
— Внимание, — заговорил Грек. Негромко, но так, чтобы услышали все. — Если она все-таки окажется поблизости, покидаем борт катера и уходим. Меня еще в Радужном убедили, что любая возвышенность — это спасение.
Грек прав. Если чудовище хотя бы раз приложится по «Контусу» хвостом, ремонтировать будет нечего. Исходя из общей массы, он у него должен быть в несколько тонн весом.
— Борис, — обратился он к Гудрону. — Что собой представляет убежище, которое, по твоим словам, отлично нам подойдет?
— На соседнем острове имеется скала, сверху на ней площадка, которая поместит всех. Собственно, все. Туда минут двадцать ходу, даже сейчас, по большей части вплавь. Да, вот еще что: спасательные жилеты лучше сразу приготовить.
Те имелись у нас в достатке, хотя понятие «спасательные жилеты» в случае с ними — громко сказано. Скорее, спасательные круги. Но в любом случае, держать на воде способны, а от них больше ничего и не требуется. Конечно же, самодельные. Такие же, как когда-то и на Земле — набитые корой пробкового дерева, здесь тоже имеется его аналоги. Сейчас пробка для них уже не применяется. Она обладает скверной способностью со временем твердеть, к тому же теряя немалую долю плавучести. Демьян рассказывал, случалось, когда в попытке спасти оказавшегося за бортом человека, ему прилетал в голову спасательный круг, мало отличающийся твердостью от дерева. С соответствующими последствиями.
— Пока просто дожидаемся рассвета, — продолжил инструктаж Грек. — Демьян, много времени уйдет на починку котла?
Тот пожал плечами.
— Часика полтора-два займет. Когда станет светло, — он посмотрел в сторону, откуда не так давно донесся так встревоживший нас всплеск воды. — Можно и сейчас начать, но, опасаюсь, без шума не обойтись. И сама работа требует тщательности, что в темноте невозможно. Наверное, подсвечивать тоже не стоит?
— Не стоит, — согласился с ним Грек.
Ночью на островах, как мы давно успели убедиться, вообще со светом следует быть осторожным. Обязательно заявится какая-нибудь любопытная гадость. Причем во множестве. Пусть и мелкая, но, как правило, кусачая. Или настолько назойливая, что ей и кусаться нужды нет.
— Эх, перекусить бы чего! — мечтательно вздохнул Паша Ставрополь. — С той поры, как все завертелось, ни крошки во рту не было. А уже часов восемь прошло. Если не больше.
Лера встрепенулась.
— Сейчас принесу.
— Сиди, сам все сделаю. Заодно уровень воды в кубрике посмотрю, — добавил я, чтобы не подумали, что какой-нибудь подкаблучник.
— Игорь, уровень ровно по нижнюю балясину трапа был, — услышал от Демьяна уже в спину.
Прежним он и остался. Что не могло не радовать. Значит, брезентовая заплата воду держит. С другой стороны, чего бы ей не держать? Демьян утверждает, что сделал пластырь таким, каким он и должен быть. Главное, чтобы он с места не сдвинулся, когда дадим ход. Сам по себе, или зацепившись за подводное препятствие.
В крохотном камбузе вода тоже стояла почти по грудь, как и в кубрике. Еще бы нет: палуба в нем на одном уровне.
Где-то в шкафчиках должен храниться запас копченого сала пыжмы. То, что сейчас и нужно, чтобы перекусить. Калорийно, и на вкус вполне себе ничего. Ничуть не хуже свиного. К нему отлично подойдут запеченные плоды местного хлебного дерева — у нас их всегда запас. Они похожи на хлеб куда в большей степени, чем земные — все так говорят. Трех плодов будет достаточно: они крупнее кокосов, к тому же больше в руках не удержать. Ведь еще предстоит захватить на десерт связку фруктов. Вот они-то никаких земных аналогов не имеют, ни по вкусу, ни по виду. Помимо того, обладают удивительным свойством: съел парочку, и как будто воды напился. Жаль только, сорванные с ветки больше недели не держатся, начиная портиться и приобретая горечь.
Пристроив все в руках поудобнее, я собрался в обратный путь, заранее втянув голову в плечи, чтобы не удариться в темноте, когда случайно взглянул в иллюминатор.
И застыл:
