Игорь Черниговский, или, как чаще его называют — Теоретик, вновь вместе с теми, с кем еще не так давно мечтал встретиться. Но избавит ли этот факт от всех тех проблем, которые представляют для Игоря смертельную опасность? И не добавятся ли к ним новые? Кроме того, теперь именно Игорю предстоит отвечать за жизни доверившихся ему людей, когда от правильности принятых решений зависит всё.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич
Гриша поморщился снова. — Мог бы и в нескольких словах объяснить.
Он хотел добавить что-то еще, но Грек прервал его жестом.
— Трофим?
Тот понял его без лишних слов.
— Прогуляюсь по окрестностям, отчего нет? Борис, составишь компанию?
— С превеликим нашим удовольствием! — заявил Гудрон. — Как знал, не так давно ножичек поправил.
Они друг друга стоят — Гудрон и Трофим. Главное, чтобы не нарвались на таких же. Но тут уж как повезет. Перед тем, как оба они исчезли в «зеленке», Грек их напутствовал.
— Крайняя осторожность, крайняя!
Понять мысль Грека несложно: он хотел убедиться в том, что наблюдатели действительно существуют. И при возможности от них избавиться. Тех не должно быть много. Иначе они давно бы уже начали действовать. Они нас видели, мы их нет, а на песчаном пляже спрятаться негде. Если только не укрыться внутри «Контуса», что тоже означало бы верную смерть. Либо же просто не решились. Или получили приказ по радио ждать остальных. Какие тут можно сделать выводы при катастрофической нехватке информации?
— Все, теперь распределимся. Янис, Ставрополь, вы остаетесь здесь, и продолжаете вести наблюдение. Сноуден, выбери себе позицию, и присматривай за «Контусом».
Остальным, пока отдыхать. Да, Демьян, что там у нас с ремонтом?
— Еще бы часа два-три, и управились, — вздохнул тот. — Теперь остается только надеяться, что большого прилива в ближайшее время не будет.
— Гляди-ка что, Малыш-то уже отдыхает! — изумился Гриша.
Глеб действительно спал. Обросшее щетиной лицо тридцатилетнего мужчины во сне казалось каким-то детским. Наверное, из-за своего обиженного выражения.
Брови нахмурены, губы сложены таким образом, что создавалось впечатление: наобещали ребенку на день рождения долгожданную игрушку, но вместо нее подарили что-то из одежды.
Его вид был настолько забавен, что все мы невольно заулыбались. Кроме Сноудена, лицо которого растянула зловещая улыбка: «Тут, мол, вопрос жизни и смерти, а он спит! Сейчас я ему устрою!» Греку одного взгляда было достаточно, чтобы ясно дать понять: даже не вздумай!
И мы разошлись. Нет, не вперевалочку, лениво позевываю. Пригнувшись, и стараясь держаться так, чтобы не промелькнуть в разрывах зарослей.
Сам я направился к девушкам. Приободрить, если понадобится. Но в большей степени хотелось хорошенько рассмотреть Дарью. Теперь, после рассказа Грека о том, что она тоже эмоционал.
Утешать или успокаивать, никого из девушек не пришлось. Человек вообще такое животное, что ко всему привыкает. К хорошему быстро, к плохому долго, с трудом, но привыкает тоже.
— Так сложилось в процессе эволюции, — рассказывал Слава Проф. — Все шансы стать разумными, имелись не только у той ветви приматов, которые стали нашими предками. Но именно они легче других приспосабливались к постоянно менявшимся обстоятельствам, которые далеко не всегда были в лучшую сторону. Мало того, еще и умудрялись получать от них преференции. Те, кто приспосабливался легче других, давали потомство, другие попросту вымирали. В этом и заключался естественный отбор, который в последнее время, в связи с развитием медицины, сошел почти на нет.
— Исходя из логики, если есть естественный, значит, должен быть и искусственный, — помню, предположил Боря Гудрон.
Которого уж не знаю почему, похожие на лекции рассказы Профа, интересовали больше других. Хотя и остальные слушали его с не меньшим интересом, иногда даже разинув рот. Справедливости ради в последнее время, после того как в команду Грека пришли новые люди — Трофим, Паша Ставрополь, Демьян, Глеб Малыш, его рассказы стали редки. Возможно, и не из-за них, но факт оставался фактом.
— Не без того, есть и искусственный, — кивнул Слава. — Но об этом как-нибудь в другой раз.
Пока его так и не случилось.
— Игорь, что произошло? — поинтересовалась Лера, которая не выглядела ни испуганной, ни напряженной. Впрочем, как и Дарья.
— Сюда прибыли люди, целью которых, как мы предполагаем, является всех нас убить, — не стал ничего скрывать я.
Да и чего, собственно, утаивать?
У девушек имеется полное представление о мире, в который их угораздило перенестись. В нем любой конфликт, даже самый пустячный, может закончиться перестрелкой, а, следовательно, и смертями. Причем случиться он может где угодно: в поселении, возле него, посреди леса и так далее. Хотя чему тут удивляться, если здесь работает единственный закон — закон сильного? Или того, у которого оружие оказалось под рукой чуть ближе, чем у его противника. Или ему повезло увидеть
