Игорь Черниговский, или, как чаще его называют — Теоретик, вновь вместе с теми, с кем еще не так давно мечтал встретиться. Но избавит ли этот факт от всех тех проблем, которые представляют для Игоря смертельную опасность? И не добавятся ли к ним новые? Кроме того, теперь именно Игорю предстоит отвечать за жизни доверившихся ему людей, когда от правильности принятых решений зависит всё.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич
они должны показаться на дистанции, которая позволит сделать прицельные выстрелы. И вот тут возникнет проблема. Никто из нас не может быть уверенным в том, что они — наши враги, которые заявились сюда всех нас убить. У меня вообще сложилось впечатление: они пытаются убежать от чего-то опасного, но пока невидимого для нас. В таком случае, мы обязаны им помочь. А если нет? Если у нас возникла прекрасная возможность покончить с врагом? Как тут определить? На чем основываться?
Судя по выражению лица Грека, он и сам думал о чем-то подобном. Мы — не бандиты, и в отличие от них нам придется оправдываться в том случае, если лишим жизни невинных людей.
— Приготовились, — подал команду Грек, первым припав к прицелу.
И я, также, как и все другие, тоже к нему припал. Ситуация совсем не та, вдруг устанавливать свои правила, а приказ — он и есть приказ.
Для себя я выбрал крайнюю цель справа. Она определенно должна быть моя, поскольку и сам находился крайним в нашей короткой цепочке. В прицел его пока не брал, ибо не было ни малейшего смысла: мой гладкоствольный карабин не предназначен для таких дистанций. Приблизится вдвое — тогда и возьму. Если к тому времени он будет еще жив. Янис с его СВД и с его навыками, наверняка проредит их больше чем наполовину задолго до того, как дальнобойность моего оружия позволит сделать прицельный выстрел. Если последует приказ от Грека открыть огонь, которого, судя по всему, может и не поступить.
Эти люди спасались бегством. От чего-то страшного и смертельного. Что уже значительно успело их потрепать. Вполне могло случиться, что и от гвайзелов. Те обитают далеко от островов, и здесь их прежде никто не видел. Что совсем не означало — это не гвайзелы. Первая наша встреча с ними произошла как раз там, где раньше их никогда не встречали. Вторая, кстати, тоже. Столкнуться с ними в третий раз, не хотелось до жути. Особенно с тем оружием, которое сжимал в руках.
Моя предполагаемая жертва, впрочем, как и все остальные, бежали по направлению к нам. Бежали тяжело, из последних сил, то и дело оглядываясь назад. Цель все росла в прицеле. Высокий мужик, в берцах, камуфляжного цвета штанах, надетой на голое тело разгрузке и с банданой на голове, поначалу я принял его за Абвера. Главного у бандитов, который несколько недель назад возглавил нападение на Радужный. И даже успел удивиться: когда Абвер угодил в плен, его передали жителям Аммонита. Что обязательно должно было стать причиной его смерти, после того что натворили он сам и его люди. Принял за него, и даже обрадовался: у кого-кого, но его-то убью без всякого сожаления и угрызений совести.
Затем он приблизился настолько, чтобы мне удалось понять — это не Абвер, ведь тот был куда мускулистей, и не такой каланча.
— Грек? — нетерпеливо спросил Гудрон, явно рассчитывая, что тот отдаст команду стрелять.
Пройдет какое-то время, и спасающиеся бегством люди окажутся у подножия холма. Тогда нам придется показаться из укрытия, а сами они смогут спрятаться в зарослях, которые здесь тянутся до самой вершины.
— Боря, не туда смотришь! — вместо Грека ответил Сноуден. — Дальше, дальше смотри!
А ведь и верно. Где-то там, вдали, творилось что-то непонятное, которое поначалу я принял за вал темной воды. Вал прерывистый, местами едва заметный в густой растительности островов. Затем обнаружил такие же темные пятна, но куда ближе, и они двигались. Именно двигались, а не накатывались.
— Нашествие! — сорвавшимся голосом сказал Паша Ставрополь, настолько оказался впечатлен увиденным зрелищем.
— Уходим! — Грека голос не подвел. Он был именно таким, каким он должен быть у командира в критических ситуациях: уверенным и достаточно громким. — Малыша на забудьте.
Прежде всего я побежал к девушкам, опередив всего-то на несколько мгновений Грека. И Дарья, и Лера, ждали уже на ногах, испуганные, и ничего не понимающие. Но здесь и не надо ничего понимать. Главное — это как можно дальше оторваться от той массы чудовищ, которую удастся остановить только массированными бомбардировками. Но не десятком-полтора ружей и винтовок.
Подхватывая с песка рюкзаки — свой и Лерин, мне сразу пришла в голову мысль, что вскоре придется ими пожертвовать. Оба они набиты до отказа, а наводить в них ревизию, чтобы ставить лишь то, что крайне необходимо, было совершенно некогда. Сейчас главное — добраться до такого места, где мы сможем быть в безопасности. Жители Радужного, которым пришлось пережить уже несколько нашествий, утверждали. Ящеры крайне неохотно взбираются на сушу, по возможности предпочитая оставаться в воде. Едва возвышающие над ней острова им не преграда,
