Игорь Черниговский, или, как чаще его называют — Теоретик, вновь вместе с теми, с кем еще не так давно мечтал встретиться. Но избавит ли этот факт от всех тех проблем, которые представляют для Игоря смертельную опасность? И не добавятся ли к ним новые? Кроме того, теперь именно Игорю предстоит отвечать за жизни доверившихся ему людей, когда от правильности принятых решений зависит всё.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич
на нее оттуда. И которая сама с нее исчезнет, едва только вода пойдёт на убыль.
Еще десяток шагов, заросли раздались в сторону, и нашим взорам открылась стоянка. Ничего необычного в ней нет: сваленные в кучу рюкзаки, тенты над спальными местами. В центре — кострище с рогульками, сбоку, под кроной гигантского дерева, и тоже под тентом, стол и лавки из жердей. Словом, будто не чужая планета, а туристический лагерь где-нибудь в земных тропиках.
— Все, теперь ждем Грека, — объявил я.
— Если это он, — усомнился Малыш.
— Тогда непрошеных гостей.
Что вполне может случиться. Например, охотников за моей головой. Хотя вряд ли они будут шуметь. К тому же достать эмоционала Теоретика куда проще в Радужном. Где мне периодически приходится бывать.
Мы дружно сгрудились под самым большим тентом, не спуская глаз с той стороны, откуда и доносилось тарахтение двигателя. И где за прибрежными кустами, находился пролив. На всякий случай, держа оружие наготове. Справедливости ради, здесь его постоянно приходится так держать. Причем не только на островах — практически повсеместно. За исключением селений, где и там оно всегда под рукой. Мало тебе хищников, так ведь и люди зачастую представляют собой опасность. К тому же куда более серьезную. Поскольку зверь не в состоянии причинить тебе вред с дистанции в несколько сот метров.
Ждали молча. Сверху на туго натянутом тенте пристроилось какое-то существо, и каждое движение его лап отдавало чуть ли не барабанным боем. Не выдержав, Паша ударил прикладом карабина плашмя по тенту там, где брезент прогнулся под его весом. Короткий взвизг, и существо приземлилось где-то далеко в стороне.
— Силен! — Оценив расстояние, на которое зверек умудрился пролететь, только и сказал Янис.
— Не без того, — улыбнулся тот. — Само виновато: на нервы действует.
Тогда-то в протоке и показался нос катера.
— Наши, — объявил Слава Проф то, что и без его слов было очевидно.
«Контус» сложно перепутать с любой другой посудиной. Хотя бы по той простой причине, что такой же выкрашенной в темно-синий цвет, в Радужном не имеется. Как нет и в соседнем Аммоните. Еще одном поселке, который если и уступает Радужному по размерам и количеству жителей, то ненамного.
И самое главное. На носу «Контуса», благодаря стараниям Дёмы — его и капитана, и механика, не так давно появилась ростра. Носовая фигура, представляющая собой силиконовую женскую куклу с широко распахнутыми объятиями. Из тех, что на Земле продают в секс-шопах. Частично одетую: кукла была обряжена в джинсовую мини-юбку. Верх оставался открытым, обнажая миру грудь, как минимум, шестого размера. Мы нашли ее на островах, и Демьян сразу же нашел ей применение. Так что сомнений — это именно «Контус», ни у кого не осталось.
— Не расслабляемся, — заявил я.
То, что это «Контус», совсем не означает: он теперь не в чужих руках. А Демьян не привел его сюда под дулом пистолета. Или карабина, автомата, ружья — разницы нет. Палуба пустынна: кто же в здравом уме будет находиться на ней из соображений безопасности? Пуля может прилететь из зарослей на любом из островов.
Тем временем, на «Контусе» сбавили обороты, а сам он ткнулся носом в отлогий берег, заставив куклу приветственно колыхнуть нам грудью. Уже ради одного этого зрелища, стоило ее там иметь. Хотя в сумерках картинка не для слабонервных: как будто к носу катера приделан труп. Что Демьяна совсем не смущает.
Кстати, юбка на ростре появилась не сразу. И только после заявления Бори Гудрона, что: «Ноги моей на этом вертепе больше не будет!» Прямой намек на то, что остряки давно уже переименовали «Контус» в «Коитус», а Демьян, снова по словам Гудрона: «Вместо того чтобы изменить название катера на какой-нибудь там „Решительный“ или „Беспощадный“, еще и голую бабу на нос прилепил». Борис, конечно же, зубоскалил. В отличие от Грека, который, увидев ростру, пригрозил:
— Дёма, или ты придашь ей приличный вид, или хватай в охапку, и вон с корабля вместе с ней!
Грек тоже был серьезен не до конца. Вообще-то, катер мой, пусть и на условиях аренды. Но аренды бессрочной, и даже бесплатной. По сути он — подарок Таланкина. Человека, которому я дал слово, что обязательно найду порталы. Или полностью стану уверен в том, что они — выдумка, и не более того.
— Малыш!
У него самый зычный голос. Но перед тем как его подать, Глеб сместился в сторону, и укрылся за стволом дерева. На тот случай, если на «Контусе» враги, и они станут палить на звук, не пострадал никто.
— Георгич! — позвал он Грека. И чтобы уж точно у того не оставалось сомнений, добавил. — Пароль «Рыба-меч»!
