Игорь Черниговский, или, как чаще его называют — Теоретик, вновь вместе с теми, с кем еще не так давно мечтал встретиться. Но избавит ли этот факт от всех тех проблем, которые представляют для Игоря смертельную опасность? И не добавятся ли к ним новые? Кроме того, теперь именно Игорю предстоит отвечать за жизни доверившихся ему людей, когда от правильности принятых решений зависит всё.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич
попали в плен. Чтобы через какое-то время прийти к выводу: следует дождаться утра. Ночь не задалась тоже. Похожие на кальмаров создания посчитали, что самое время устроить брачные игры. С шумом, плеском, хороводом, и прыжками. Возможно, их дамы по достоинству оценили длину прыжков своих кавалеров, но не мы. Которым то и дело приходилось выкидывать из лодки полуметровые извивающиеся тела. Покрытые трудно смываемой слизью, и вдобавок неприятно пахнущие. К тому же часть из них решила привлечь самок бульканьем. Хотя, возможно, со дна поднимались газы. Тоже кстати не благоухающие. Помимо того и в дно, и в борта лодки постоянно стучало. То ли эти недоделанные кальмары были слепыми, то ли проверяли крепость своих голов, но грохот стоял еще тот. Словом, не то что выспаться, но даже подремать не удалось никому. Они исчезли с первыми лучами солнца.
— Тут поневоле солнцепоклонником станешь! — со злостью сказал Янис. — Еще немного, и я бы стрелять в них начал!
Дальше мы долго выбирались из подводных зарослей, чтобы через какое-то время угодить в них снова. Успели отчаяться, что предстоит еще одна такая же ночь. Воспрянули духом, когда обнаружили — мелко настолько, что весла достигают дна, и можно действовать ими как шестами.
Выбрались на чистую воду, умудрившись по дороге к ней сломать весло, что тоже настроение не прибавило, некоторое время гребли тремя оставшимися, чтобы снова попасть в ловушку.
— Да уж, акватория точно не для навигации, — кисло заметил Демьян. — На винт намотаешь махом. А на водомете шахту еще быстрее забьешь. И дна тут не достать, — добавил он, когда его рука с зажатым в ней веслом по плечо ушла в воду.
— Будем ждать прилива, — беспечно заявил Гудрон. — Нет, ну а что: говорят, что нашествие больше месяца не длится. А значит, нам осталось продержаться всего-то пару недель. От силы три. Воды хватит дня на два, ну а дальше придется терпеть. Или добывать рыбий сок.
— Борис, как себя чувствуешь? — отрываясь от монокуляра, спросил Трофим. — Боли в боку не беспокоят?
— Как будто бы не очень, — настороженно ответил тот, не понимая, к чему он клонит.
— Там, — махнул рукой в сторону юга Трофим, — как будто бы горы видны. Вероятно, на побережье. По-хорошему, до них полдня осталось. Потому и спрашиваю про твое состояние: тебе ведь прилива здесь дожидаться.
Монокуляр начал переходить из руки в руки. Чтобы по очереди каждый смог убедиться — Трофиму не показалось: скалы действительно есть. Что сразу же и многократно прибавило настроения. Охотники за вяделем, зная кратчайший путь, добираются до побережья за четыре дня. Мы рассчитывали покрыть это расстояние за куда больший срок. Третьи сутки еще не на исходе, но вот они, горы! Ну и как тут было не взбодриться?
— Как же так? Рано еще им появляться, — все-таки проявил недоверие Гудрон.
— А почему бы не случилось так? — сказал Трофим. И когда на него все посмотрели, нарисовал пальцем полукруг, на этот раз дугой вниз. — Они нашли себе путь вот здесь, ну а мы в стороне, где расстояние до берега оказалось намного меньше.
— Теоретик, ты знал, что сначала нужно в сторону моря грести! — тут же заявил Демьян.
— Безусловно, — не стал отказываться я. — Виденье мне было, какой нам следует держать курс. И даже то, что ты весло сломаешь. — Не самая искрометная шутка, но в нашем теперешнем настроении даже она заставила всех улыбаться. — Считаю, причина в другом. Они попросту сюда не лезут, где, возможно, и при большой воде проплыть трудно. А в остальном согласен с Трофимом.
Наши мучения не закончилось, но теперь мы ясно видели цель. И точно теперь знали, что вскоре доберемся до берега. Пусть даже глубокой ночью, но доберемся. И мы его достигли. К следующему полудню. Проведя в лодке еще одну ночь, в точности похожую на предыдущую. Со всеми ее стуками, полетами, вонью, бурлением воды вокруг, вызванные теми же существами.
Едва вытащив лодку за кромку воды, а здесь ее трудно назвать линией прибоя, ибо море едва колыхалось, разделились. Мы с Трофимом и Янисом полезли на ближайшую скалу, чтобы с вершины обозреть окрестности. Остальные занялись обустройством лагеря, в котором поневоле придется пробыть какое-то время: слишком много было потрачено сил. И нервов. Такие плантации водорослей не только на лодке сложно преодолеть, но даже вплавь: обязательно в них запутаешься. И случись что-нибудь с нашей посудиной, мы были бы обречены.
Дорога наверх заняла не менее двух часов.
— Определенно материк, — проведя монокуляром по горизонту, резюмировал Трофим. — Или же огромный остров.
Определенности хотелось бы побольше, ведь от этого зависело так много. Но сколько я не всматривался, так ее и не получил. К нашему возвращению,
