Игорь Черниговский, или, как чаще его называют — Теоретик, вновь вместе с теми, с кем еще не так давно мечтал встретиться. Но избавит ли этот факт от всех тех проблем, которые представляют для Игоря смертельную опасность? И не добавятся ли к ним новые? Кроме того, теперь именно Игорю предстоит отвечать за жизни доверившихся ему людей, когда от правильности принятых решений зависит всё.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич
по ней хотя бы часть расстояния. В таком случае не было бы необходимости здесь задерживаться. Возможно, охота перквизиторов на Дарью — всего лишь мои вымыслы. Но чем раньше мы уберемся отсюда, тем лучше будет для всех.
После ухода Леры, неожиданно заявился Мирон. Обычно невозмутимое лицо, которое я уже привык наблюдать, сейчас показалось смущенным. «Ему нужны жадры? — попробовал догадаться я. — Вернее, он хочет, чтобы я их заполнил?» Вообще-то, легко. Что в какой-то мере было удивительно, но ранение нисколько не повлияло на мою способность их заполнять: специально пробовал.
— Что хотел-то, Мирон? — Опережая его вопрос или просьбу, и заодно давая ему возможность продолжить разговор, поинтересовался я. — Кстати, ты уж извини, что так получилось. Набились в гости вдвоем, а в результате целая орава.
Хотелось бы им с Полиной компании, не стали бы жить обособленно.
— С этих проблем нет, — успокоил он. — Тут ведь главное, не сколько гостей, а какие они именно. Просьба у меня к тебе. Вернее, предложение.
— Говори.
Иные предложения могут быть весьма интересны, а от других и отказаться недолго.
— Есть у меня один ствол, — начал Мирон. — Самому мне он без надобности, к тому же и выбор, хвала небесам, имеется. Но увидел его ваш Слава Проф. Кстати, умнейший мужик!.. Но это я так, к слову. Вот он и сказал: «Игорь эту систему обожает». Я и подумал, что, возможно, она действительно тебя заинтересует.
— А что за система?
Сам о себе не знал, что какую-то из них обожаю. С оружием, как и с любым другим — выигрываешь в одном, проигрываешь в другом. Идеального нет.
— ФН ФАЛ.
С обожанием Слава точно погорячился. И все же не так давно, на берегу, при встрече с перквизиторами, имелись у меня несколько отличных возможностей. Но не было никакой уверенности, что пуля прилетит именно туда, куда и направлю. И будь в моих руках не замечательный, но гладкоствольный Бенелли, а именно ФАЛ, с его мощным винтовочным патроном и неплохой точностью при стрельбе одиночными, вполне возможно, не валялся бы сейчас в постели.
— Слава в чем-то прав, и я с удовольствием бы его у тебя приобрел. Если, конечно, о цене сговоримся.
Подумав: «Любыми путями выманю, но зачем тебе об этом знать? Можешь ведь и такую цену заломить! На которую я, конечно же, соглашусь. Причем без всякого сомнения. Свое последнее отдам, у людей займу, но выманю».
— Если ты не против, мы могли бы и обменяться, — Мирон взглянул на мой карабин, ясно давая понять, на что именно. — Давно такой хотел. Мне, с моими потребностями, самое оно!
— Ты знаешь, совсем не против, — как можно равнодушнее сказал я, ожидая, что он запросит что-нибудь еще. Пиксели, жадры или какую-нибудь услугу.
— Правда, к нему у меня всего два магазина, — он посмотрел на меня с ожиданием.
Стандартные магазины для ФАЛА емкостью в двадцать патронов, и вряд ли у него найдутся другие. Но у самого меня, в рюкзаке, есть еще три. Было время, когда только ими я и обходился.
Нормально обходился: не принято здесь очередями друг по другу поливать, каждый патрон на счету. Теперь, если обмен удастся, их будет целых пять. Пять! Сложнее с самими патронами. Тех у меня мало, даже собственные магазины не заполнены.
— И патронов к нему негусто, что-то около пятидесяти.
— У меня к карабину столько же. Правда, магазин единственный, — это была уже шутка с моей стороны. У Бенелли он подствольный, и является его частью.
— Ну так что, меняемся?
— Конечно! — я даже не стал скрывать своего энтузиазма, поскольку рассчитывал совсем на другой расклад.
Хотя Мирона понять можно. Все-таки проблем с ружейными патронами меньше: такие среди находок родом с Земли попадаются куда чаще. К тому же ходят слухи, что здесь, на юге, смогли наладить их релоадинг. То есть, попросту, перезарядку стреляных гильз.
— Пошел, — только и сказал Мирон.
Отсутствовал он недолго. Но достаточно для того чтобы начать беспокоиться: вдруг передумал? Еще для себя решил: черта с два я с него теперь слезу, когда за дверью послышались шаги, и объявился Мирон.
— Вот.
ФН ФАЛ в его руках отличался от моего прежнего двумя вещами. Щелевидным пламегасителем, и возможностью вести из него автоматический огонь. На Земле существует сколько угодно разновидностей дитяти бельгийских оружейников, но этот был похож как родной брат. Даже своим потрепанным видом. С некоторой опаской я снял крышку ствольной коробки, чтобы рассмотреть ствол. Если и у него состояние аховое — грош ему цена. Нет уж и много у ФАЛа достоинств: бой и мощный патрон. В остальном — тяжел, габаритен, требует тщательного ухода, не складываемый приклад, и еще иногда капризен. И с облегчением
