Друзья выстояли, но нажили себе смертельных врагов, за которыми стоят большие деньги и власть. И эти люди не привыкли, чтобы кто-то мешал их планам. За друзьями начинается охота.Кроме того, у Романа Меньшикова объявляется двойник, разъезжающий по стране с концертами и выдающий себя за Романа. Друзьям ясно, что за фальшивым певцом кто-то стоит, но кто? Это собирается выяснить смелая возлюбленная Романа Лиза. Она отправляется на концерт двойника, прекрасно осознавая, что ее ждет в случае провала. Но ради любимого эта девушка способна на все!
Авторы: Седов Б. К.
не слышал.
Чукча сжал зубы, а Сергей Батурин прикрыл глаза рукой, будто задумался о чем-то. Ему было страшно…
– Как мне стало известно, – медленно начал Арбуз, – этот козел под твоим чутким руководством удачно косил под Меньшикова почти целый год. Поэтому я посчитал кое-что и теперь объявляю тебе, что ты должен мне, подчеркиваю – мне, а не Роману Меньшикову, которого ты не уважаешь, девятьсот тысяч долларов. Вы за этот год хапнули больше, но я говорю – девятьсот тысяч долларов. Даю тебе десять дней, чтобы найти деньги. Это не такая уж большая сумма, если учитывать то, что ты успел у меня украсть.
– А блюдечка с голубой каемочкой тебе не надо? – ощерился Чукча.
– Нет, не надо, – спокойно ответил Арбуз, – и не думай, что сможешь выкрутиться. Конец твоей веревочке уже пришел.
Арбуз открыл бутылку пива и сказал:
– Но это еще не все. По причинам, объяснять которые тебе я не намерен, все твои люди останутся под замком до того момента, когда ты принесешь деньги. Они не будут заложниками, это мне ни к чему. Просто… Тебе не нужно знать почему. Далее…
Приложившись к бутылке, Арбуз закурил.
– Далее. Никто не должен знать, что Роман Меньшиков жив. Если ты откроешь рот и ляпнешь где-нибудь об этом, я убью тебя независимо о того, принесешь ты деньги или нет.
– Крутой, что ли? – Чукча попытался изобразить презрение.
– Да, – кивнул Арбуз, – крутой. И не стоит пытаться сохранить хорошую мину при плохой игре. Ты проиграл, и будь любезен заплатить проигрыш.
Арбуз встал и посмотрел на Бритву.
– Виктор, я надеюсь, мы с тобой хорошо понимаем друг друга?
– Да, конечно, – кивнул Бритва.
Он действительно понял, кто есть кто в этой ситуации, и никаких сомнений относительно того, чью сторону следует принять, у него не было.
– Тогда позаботься о том, чтобы вся его бригада, – Арбуз кивнул на двойника, – посидела под замком до тех пор, пока я не попрошу тебя освободить их.
– Смотри, ответишь! – Чукча угрожающе взглянул на Бритву.
Арбуз засмеялся, а Бритва встал со своего трона и, подойдя к Чукче, сказал:
– Да ты, видать, действительно отмороженный! Я ведь тоже вор в законе, чтоб ты знал. Я бы тебя сейчас с удовольствием порезал на ленточки, чтобы ты думал, прежде чем рот открывать, но…
Бритва посмотрел на Арбуза и вздохнул:
– Но уважаемый Арбуз хочет другого. Мы, понимаешь ли, люди уважаемые, и поэтому уважаем друг друга. А ты – кусок дерьма. Поэтому иди и делай то, что тебе сказали. И не забывай, что язык нужно держать на привязи. А то ведь это Арбуз обещал не трогать тебя, если ты ответишь деньгами за свои дела, а я – не обещал.
– Я, между прочим, тоже не обещал, – задумчиво сказал Арбуз.
– Правда? – удивился Бритва. – А я и не заметил.
Оба засмеялись, потом Бритва сказал:
– Ну, чего ты ждешь? Иди!
Чукча встал и пошел к выходу из ангара.
Уже в дверях он остановился и открыл было рот, но только махнул рукой и вышел.
Арбуз усмехнулся и сказал:
– Да-а-а… С головой у него совсем плохо.
– Ну, не то чтобы совсем, – возразил Бритва, – однако некоторые части мозга не работают вовсе.
– Точно, – Арбуз засмеялся, – а как насчет по рюмочке?
– Обязательно!
В это время Роман пересел на тот диван, в углу которого сжался оставшийся без поддержки двойник, и ласково спросил:
– А не расскажешь ли ты мне, дружочек, как ты подслушивал под дверью, когда Лиза разговаривала со мной?
Мысли лениво текли в голове у Романа, как неспешные волжские воды, тихим плеском обозначавшие свое присутствие метрах в пятидесяти ниже по берегу. Последние лучи заходящего солнца золотили верхушки лип и тополей, окаймлявших набережную, и гасли в окнах массивных сталинских домов, покрывая причудливыми тенями их фасады с бесчисленными колоннами, арками на манер древнеримских и прочими архитектурными излишествами.
Одной рукой Роман похлопывал по теплому гранитному парапету, прокаленному дневной сорокаградусной жарой, другой обнимал прижавшуюся к нему Лизу. Редкие гудки далеких пароходов, доносимые прохладным ветром откуда-то с верховьев Волги, только подчеркивали звенящую вечернюю тишину.
Одним словом, было хорошо.
После всех треволнений прошедших дней и вчерашней разборки у Бритвы Роман решил передохнуть денек-другой и задержаться ненадолго в Волгограде – конечно же, вместе с Лизой. В които веки представилась возможность беззаботно насладиться жарким волжским летом и хоть на время забыть обо всех этих Чукчах, Корявых, «Воле народа» и о прочей нечисти…
Когда Роман посвятил
