Рэп для мента

удивился Роман. – А за что?
– За участие в организации побега из следственного изолятора особо опасного преступника, – четко ответил честный мент.
– Во как…
Роман тут же вспомнил концерт в «Крестах», и ему стало тоскливо.
– Можно было повязать тебя по полной – мордой в асфальт, руки за спину и все такое прочее, но… Ты ведь не бандит, не вооружен… Кстати – оружие есть?
– Нет, откуда ему быть, – криво усмехнулся Роман.
И возблагодарил всех богов за то, что сегодня у него хватило ума не взять с собой на всякий случай «Беретту».
– Вот и хорошо, – честный мент встал, – тогда пошли.
Роман тоже встал и отряхнул брюки.
Посмотрев на честного мента, он сказал:
– Слушай, тут такое дело… У меня через два часа свидание с любимой женщиной. Я бы хотел позвонить ей.
Честный мент взглянул на своих коллег, плотно стоявших рядом с Романом и, вздохнув, сказал:
– Звони. Можешь даже сказать, что тебя арестовали. Но ничего лишнего. И еще – мы из уважения оказываем тебе любезность. Нарушаем закон. И если ты раззвонишь о том, что я позволил тебе воспользоваться телефоном, мы же тебя и уроем. Невзирая на уважение. Понятно?
– Понятно, – кивнул Роман, – не извольте беспокоиться.
Он медленно, чтобы не нервировать честных ментов, достал из кармана трубку.
Набрав номер, он дождался ответа и сказал:
– Лиза, свидание отменяется. Меня арестовали.
После этого он небрежно бросил трубку в воду.
Она громко булькнула и, описав спираль, скрылась в мутной глубине.
– Красиво, – честный мент усмехнулся, – ну что, пошли.
– А куда поедем-то? – спросил Роман.
– В «Кресты», – ответил спец.
– Это… – Роман нахмурился и посмотрел на свою новую «БМВ», – имею последнее желание.
Менты засмеялись, и самый честный из них спросил:
– Какое?
– Отгоните машину на Некрасова.
– К Арбузу, что ли? Так ведь его сейчас нет.
– Ну и что? Все равно к нему. Там за машиной присмотрят.
– Ладно, – ответил честный мент и повернулся к коллеге: – Викторыч, отгонишь телегу?
– Отгоню, – кивнул Викторыч, у которого на щеке имелся большой красивый шрам, – давай ключи.
Роман отдал ключи, и Викторыч, легко взбежав по ступеням, направился к машине Романа.
– А мы поедем в той, – самый честный мент указал на невзрачную «шестерку», стоявшую вплотную к заднему бамперу «БМВ».
Роман шел к ментовской машине и чувствовал, что сопровождавшие его спецы совершенно не напрягаются. Они были уверены, что Роман не будет делать глупостей. И наверняка со стороны все четверо выглядели как одна дружная компания. Самый честный мент сел за руль «шестерки», Роман разместился на тесном заднем сиденье между двумя молчаливыми спецами, и тут водитель, посмотрев в зеркало на Романа, сказал:
– Значит, так. Для сведения. Саня Боровик – мой друг. И вообще – мы немного в курсе дела. Но это строго между нами. Тебе следует быть очень внимательным и осторожным. У тебя очень серьезная проблема. Из твоей шкуры хотят сделать бубен.
– Кто? – спросил Роман, пошевелив желваками.
– Ты сам должен знать.
– Понятно.
– Воры тебя уважают, сам знаешь, но среди них есть те, кто служит другим хозяевам. Это тоже имей в виду.
Роман кивнул.
– В общем, береги себя.
Самый честный мент вздохнул и повернул в замке ключ зажигания. Двигатель заскрежетал, но не завелся.
– Блин! – произнес самый честный мент и повернул ключ еще раз.
Двигатель медленно провернулся еще несколько раз, и аккумулятор умер.
– Блин! – повторил самый честный мент. – Придется толкать.
Роман представил себе, как сейчас в компании двух честных ментов будет толкать машину, на которой его отвезут в «Кресты», и захохотал во все горло.
– Ну что ты ржешь-то! – сказал сидевший слева от него мент. – Давай вылезай, будем толкать!
И пихнул Романа локтем.

– Да отстаньте вы от человека, – негромко сказал наголо бритый зэк в футболке с короткими рукавами, из которых торчали жилистые грабли, украшенные затейливой татуировкой, – человек только в камеру попал, надо же ему освоиться!
Оживленный гомон утих, и Роман понял, что татуированный зэк – смотрящий по камере.
– Твоя шконка, – татуированный указал на аккуратно застеленную койку у стены. – Меня зовут Леха, погонялово – Лысый.
– А меня – Роман.
Лысый засмеялся:
– Можешь не представляться, тут тебя каждая собака знает. А некоторые даже были на твоем концерте, когда ты все «Кресты» на уши поставил. Сам я не был, сидел в карцере в это время, но пацаны рассказали.