Ретро-Детектив-3. Компиляция. Книги 1-12

павильоне, казалось, собрались все, кто был в ателье. Кто-то работал, кто-то коротал время за беседой. Где-то в лабиринтах декораций слышался голос Сиверского, по обыкновению сравнивавшего себя с многострадальным Иовом. Вера с рассеянным видом бродила по павильону, выбирая себе спутника. Заниматься поиском Ботаника в одиночку было опасно. Спутник был нужен такой, чтобы, не задавая вопросов, ходил за нею хвостом. Немысский появится нескоро, самое раннее — через три четверти часа, если не через час. Ехать пять верст, да по городу. Он, конечно же, станет торопиться, но это уж как получится. Да и на сборы ему немного времени тоже потребуется, минут пять. Велеть запрягать, отдать какие-то распоряжения… нет, лучше рассчитывать на час. Сколько прошло после телефонного разговора? Минуты три, не больше.
Заржицкий! Конечно же — Заржицкий, кто же еще! Этот лощеный франт и бонвиван, мнящий себя роковым красавцем. Хорош красавец — с низким обезьяньим лбом, оттопыренными ушами, широким носом и скошенным подбородком. Да еще и ноздри выворочены наружу, как будто остальной «красоты» мало.
— Я не режиссер, а метр-ан-сцен! — Это присловье было у Заржицкого столь же частым, как и «Иов многострадальный» у Сиверского. — А если кто не понимает разницы, так это его беда, а не моя!
— Его, его, — поддакивал «машинист» Алтунин, человек незлобивый, легко со всем соглашавшийся. — Не ваша. Я, к примеру, понимаю. Когда я в синодальной типографии работал…
— В типографии — метранпажи! — раздраженно перебил Заржицкий. — Метранпаж, да будет вам известно, это старший наборщик…
— Здравствуйте, господа, — проворковала Вера, довольно бесцеремонно вклиниваясь в разговор. — Роман Аверьянович, можно вас похитить? Прошу прощения, Александр э-э…
Лицо Заржицкого приняло крайне удивленное выражение.
— Сергеевич! — услужливо подсказал Алтунин. — Конечно-конечно, похищайте на здоровье! Тем более что мне пора. Иван Васильевич просил штатив отрегулировать, заедает что-то.
— Что вы так на меня смотрите? — игриво спросила Вера, когда Алтунин ушел. — Я сегодня плохо выгляжу?
Она кокетливо склонила голову набок и едва не вскрикнула от боли, пронзившей шею. Какая-то гримаса, вне всякого сомнения, мелькнула на лице, но Заржицкий этого не заметил.
— Вы, Вера Васильевна, всегда выглядите обворожительно! — справившись с удивлением, сказал он. — На вас невозможно смотреть иначе чем с восхищением!
— Ах, не говорите мне комплиментов! — капризным тоном потребовала Вера, невольно подражая Джанковской. — У меня от комплиментов мигрень. Расскажите лучше про картину, которую вы сейчас снимаете. «Злоумышленник», кажется? Это по Чехову? У него, помнится, есть такой рассказ.
— Нет, не по Чехову. Сценарий написал Василий Максимович. Это драма про вора, который забрался в богатую квартиру и застал там свою жену в объятьях хозяина.
— Ах, как интересно! — восхитилась Вера. — Я хочу знать подробности! Расскажите, прошу вас! Если только…
— Что «если»? — забеспокоился Заржицкий.
— Если только Михаил Дмитриевич спешит не по вашу душу!
«И не по мою», — мысленно добавила Вера, хоть и понимала, что вряд ли Ботаник станет нападать на нее в многолюдном павильоне. Руки снова начали машинально ощупывать сумочку. Вспомнив, что оставила все свое вязанье вместе с сумочкой в реквизитной, она укорила себя за то, что не догадалась прихватить чистую спицу. Хоть какое, но все же оружие, уже доказавшее свою полезность на деле.
— Ромаша! — не стесняясь Веры и вообще не замечая ее, сфамильярничал Сиверский, подойдя к ним (шел он ровным, четким шагом, нисколько не прихрамывая). — Дидерихса не будет до конца недели. По меньшей мере. У него от купания в проруби поясницу скрутило. Поэтому оставляй «Месть ревнивца» и берись за «Курортные страсти». Изабеллу с Инессой я предупредил, а ты найди Херувимова и Спасского. Через полчаса в малом павильоне! «Научники» к тому времени обещали закончить.
Левой рукой Сиверский придерживал под мышкой портфель, который сегодня, как показалось Вере, был толще обычного.
— Но Спасский еще даже не видел сценария! — робко заметил Заржицкий.
— Ну и что? — хмыкнул Сиверский. — Зато ты видел! Ты же режиссер? Вот и говори, что кому делать!
— На охоту ехать — собак кормить

, — недовольно проворчал себе под нос Заржицкий.
— Разве в пер…
— Ах!
У Веры выпала из рук сумочка. Она нагнулась за ней прежде, чем это успел сделать Заржицкий, но, пошатнувшись от резкого движения, едва не упала. Заржицкий подхватил ее, а Сиверскому пришлось поднять сумочку.