Ретро-Детектив-3. Компиляция. Книги 1-12

сидели десятки мальчиков. В некоторых местах сумрак сгущался и переходил в темноту. Сверху падали капли и пахло сыростью.
– Пойдем наверх, мне страшно. – Вероника Альбертовна взяла мужа за локоть.
– Место мрачноватое, не спорю. Но бояться нечего, здесь полно людей.
Экскурсанты вышли на свет божий и стали рассаживаться по экипажам, и только Лепорелов не торопился.
– Елизар Матвеевич, вы кого-то ждете? – поинтересовался профессор.
– Да вот Лиидор Макарович куда-то запропастился… Я, пожалуй, за ним схожу. – И учитель ботаники спустился вниз.
– А с учеными мужами всегда так, – обращаясь к мичману Асташкину, негромко сказал Пустоселов. – Они народ увлекающийся. Заприметят какую-нибудь бабочку или там жука и давай лазить за ними на четвереньках, пока не поймают. Но ведь и тогда не успокоятся! Им, видите ли, надобно умертвить букашку, нанизать несчастное создание на иголку и высушить. Жестокий народ – чистые татары. Ради пестиков и тычинок мамой родной готовы пожертвовать. Вот и сейчас… Разве годится всем ждать одного человека, пусть даже он и лучший в городе преподаватель географии? А все дело в том, что субъект этот всех нас не уважает и за людей порядочных не считает. Да-да, поверьте! А у самого еще в носе не кругло… даром что учитель.
Снова послышались шаги, и показался Лепорелов. Ботаник был бледен как известь. Он округлил рот, силясь что-то сказать, но, кроме сиплого придыхания, похожего на букву «о», ничего другого из него не выходило. Пустоселов достал из внутреннего кармана сюртука фляжку, отвинтил пробку и молча протянул учителю. Тот с радостью сделал несколько больших глотков и, занюхав по-мужицки рукавом, изрек:
– Завесова убили…
– Как? – испуганно проронил купец. – Кто? – Видимо осознав глупость последнего вопроса, он крикнул: – Клим Пантелеевич, не могли бы вы подойти к нам?
– Что случилось? – присяжный поверенный изумленно оглядел Пустоселова. – Вам нездоровится?
– Завесова порешили!
– Где?
Негоциант указал в сторону подземелья. Ардашев немедля бросился внутрь. Оказавшись под сумрачным сводом, он не обнаружил ничего подозрительного. Непринужденное бормотание мальчиков-шелкопрядов сливалось в ровный гул, заполнявший собой самые потаенные уголки каменного сада. Все так же свистели и постукивали веретена да наматывались нитки, образуя пузатые шелковые клубки, но за дальней колонной мелькнула чья-то подошва. Приблизившись, присяжный поверенный увидел географа, лежащего на боку с неестественно подвернутой под туловище рукой. На темени проглядывались темно-багровые пятна, а рядом – лужа крови. Его глаза были открыты, а на лице застыла сардоническая улыбка.
– Боже милосердный! – послышалось сзади.
Адвокат обернулся. Перед ним стоял Пустоселов и трясся, как гуммиластик:
– Господи Иисусе!
– Афанасий Пантелеймонович, а вы огня не раздобудете? Свеча меня бы очень устроила.
– Да-да, – негоциант растерянно кивнул и удалился.
Ардашев огляделся. Глаза понемногу стали привыкать к сумраку. В углу он заметил окровавленный камень. «Значит, его прежде оглушили и только потом зарезали. Так-с… Преступник вряд ли забрал с собою улику. Скорее всего, он бросил нож где-то поблизости», – мысли вихрем проносились в голове присяжного поверенного, но самого орудия нигде не было видно. Пол был чист, словно кто-то заранее подмел в этом месте. По какому-то необъяснимому наитию он поднял голову – из каменной расщелины торчала рукоять. Обхватив ее носовым платком, Клим Пантелеевич аккуратно потянул на себя. Послышались шаги. Впереди с наспех изготовленным факелом показался купец, а за ним – целая вереница испуганного люда. Адвокат вышел им навстречу.
– Господа, я прошу остановиться. Мы должны сохранить следы преступления до прихода полицейского инспектора. – Увидев Ардашева с ножом, процессия опешила. Присяжный поверенный пояснил: – Несчастного, судя по всему, убили этим траншерным ножом. – Раскрыв платок, он обнажил орудие преступления. На лезвии выделялось клеймо: буква «О», а внутри – «К». – Как видите, этот кухонный инструмент взят с «Королевы Ольги», а значит, злоумышленник находится среди нас.
Факел чадил смрадным пламенем, роняя на пол шипящие капли расплавленной материи. Пораженные услышанным, экскурсанты застыли на месте.

Следствие длилось уже несколько часов. Маленький носатый офицер с завитыми кверху усами уже третий раз вызывал Ардашева из камеры задержанных и допрашивал в присутствии переводчика – недавнего экскурсовода. По соседству с ним за расшатанным столиком