Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
ясно. Даст бог, и его перехитрим. Все свободны.
Зал опустел. Отблески свечного пламени рисовали на зеркальном паркете причудливые очертания, которые то исчезали, то появлялись вновь, будто исполняя роли в потустороннем театре теней. Пятидесятивосьмилетняя самодержица еще долго сидела одна, погруженная в раздумья о неминуемой войне. Сколько же выпало тяжелых испытаний на ее хрупкие плечи! А сколько предстоит еще вынести? Да и сдюжит ли? Справится ли? Увидит ли она Великую Империю от Константинополя до Архангельска и от Петербурга до Аляски? «Ах, как еще много надобно сделать, чтобы наполнить эту великую страну культурой, разумом и главное – самоуважением!.. Это, пожалуй, тяжче, чем турка побить, – мысленно рассуждала государыня, – но и без этого никак нельзя!»
Елена Николаевна Прокудина вторично вышла замуж четыре года назад, и все это время она стойко хранила верность нынешнему супругу, игнорируя попытки местных воздыхателей заплести невинные дружеские отношения с женой начальника акцизного управления в тугую косу интимных встреч. Да и что они могли ей дать? Деньги? Смешно! Дворянин по происхождению, Константин Иннокентьевич Прокудин был достаточно состоятельным человеком. История его прежней семейной жизни настолько счастлива, насколько и печальна.
Пятнадцать лет назад его жена и юная дочь отправились на Воды. Обычно отдыхающие собирались в экипажах у Тифлисских ворот и в сопровождении казачьего разъезда неспешно ехали в Кисловодск. Такие меры предосторожности были не лишними. Несмотря на то что Кавказская война давно закончилась, ее отголоски время от времени еще раздавались в бескрайних ставропольских степях. Не приученные к систематическому труду горцы нет-нет да и пускались в привычный для них разбой на почтовом тракте. Казаки были единственной силой, способной не только обеспечить спокойствие отправляющейся на отдых публике, но и тут же покарать обнаглевших преступников. С местными туземцами они не церемонились, и острые шашки урядников, вахмистров и подхорунжих со свистом опускались на головы темнобородых грабителей, стоило хоть одному из них во время погони попытаться дотянуться до притороченной к седлу винтовки.
В тот злополучный день Мария Львовна – супруга Константина Иннокентьевича – все никак не могла определиться со своим бесчисленным гардеробом: шляпки с эгретками, платья, мантильки, горжетки, митенки, тюрлюрлю, кофточки и блузки. Одним словом, ко времени отправления экипажей, следующих на курорт в сопровождении охранного эскорта, ее коляска опоздала. Но лошади были свежими, автомедон – молод и горяч, а уверенность в том, что две вороные, принадлежащие надворному советнику Прокудину, в два счета догонят растянувшуюся чуть ли не на версту длинную вереницу экипажей, была почти стопроцентной. Почти… Ну кто мог представить, что у еще пахнущего свежевыделанной кожей фиакра неожиданно лопнет ось и сломается круг?
Разбойники в черных овчинных папахах появились из-за холма неожиданно. Они ехали шагом и криво посмеивались… Кучера, бросившегося на супостатов с плетью, горцы изрубили на куски. Женщин увезли с собой. А через два дня казачий разъезд подобрал на дороге обезумевшую от горя, белую как снег босоногую старуху, в которой уже невозможно было узнать тридцатипятилетнюю светскую львицу, жену надворного советника Прокудина. Рассудок к ней так и не вернулся, и спустя месяц страдалица смиренно упокоилась в отделении для душевнобольных Александровской лечебницы. Константин Иннокентьевич лично исходил с казачьим отрядом немало горных троп и ущелий, но все попытки отыскать пропавшую Оленьку ни к чему не привели. Но, как рассказал старый чабан из далекого чеченского аула, местные жители прозвали одну бездонную пропасть Ольгинской, по имени русской девушки, которая бросилась в бурлящую реку, предпочтя долгим издевательствам скорую смерть.
В том же году на Даниловском кладбище в Ставрополе выросли два могильных холмика и появилась каменная часовня в память рабынь божьих Марии и Ольги. Люди приходили, ставили свечи и молились за упокой невинно загубленных душ.
Через одиннадцать лет после той жуткой трагедии статский советник Прокудин возвращался со службы. Проходя по аллее Николаевского проспекта, он обратил внимание на пленительную красавицу, примостившуюся на лавочке. Дама сидела в совершеннейшем одиночестве и беззвучно плакала. Крупные жемчужины слез выкатывались из больших, черных глаз, а из-под элегантной шляпки выглядывало миниатюрное,
