Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
И вдруг на палубе появилась она – фея, богиня, мираж… Увидев ее, он зажмурился и тряхнул головой, думая, что прекрасный лик исчезнет. Красавица это заметила и, слегка изломав в улыбке линию чувственных губ, еще пристальней всмотрелось в его лицо. И тут же он встретился с тяжелым, как кузнечный молот, взглядом ее благоверного. Да, такой субъект ни перед чем не остановится… Но Господь смилостивился, и они оказались за одним столом. И тогда он решил попытать счастья и, увидев ее одну, стал читать стихи новомодного поэта. Как бы удивительно это ни звучало, но она оказалась полностью в его объятиях! Елена была прекрасна и… доступна! О боже! Харитон просто не мог поверить в случившееся! Это все равно что поймать Жар-птицу или разбудить нежным прикосновением губ Спящую красавицу – сказка, да и только! Воистину – за эти минуты можно было душу отдать нечистому! Но когда счастливые мгновенья прошли, она стала торопливо одеваться и испуганной пташкой вылетела из его каюты, успев бросить напоследок горькую фразу: «Никогда не вспоминайте об этом и больше ко мне не подходите». Дверь закрылась, и он остался один. Радость сменилась недоумением, недоумение – горечью. Второпях он криво застегнул жакет и, не зная, что предпринять, поплелся на палубу. А там царила полная идиллия: ее муж все еще продолжал играть в шахматы, а Елена как ни в чем не бывало совсем по-детски радовалась дельфинам, сопровождающим пароход. Прошел день. Но ничего не изменилось – она избегала его, а он поедал ее умоляющим взглядом. От безответной любви Харитон ослаб и походил на муху, попавшую между стеклами. Он как будто не заметил случившегося накануне убийства.
Стамбул, июля 25, 1787 года
Полуденный зной почти не проникал в покои турецкого правителя. Толстые стены резиденции султанов надежно защищали от летней жары все триста комнат сераля. Пять тысяч его обитателей – население небольшого азиатского города – с утра до ночи беспрекословно выполняли положенную работу. Еще Великий Магомет Завоеватель, отвоевавший у христиан Константинополь, приказал воздвигнуть на развалинах римского города дворец «Топкапы Сарай», правда, тогда он назывался «Сара-и-Джедиде-и-Амире». Это творение мусульманских зодчих еще много веков будет приковывать к себе восхищенные взоры всех, кто окажется за его воротами. Построенный на высоком холме прямо над Мраморным морем, он стоял на фундаменте еще римских построек.
Шестидесятидвухлетний султан, мечтавший всю свою жизнь о духовной карьере, повторял одну молитву за другой, искренне рассчитывая на помощь Аллаха. А она сейчас была нужна как никогда. На границах Османской империи давно тлели горячие угли войны. Русская царица (ей бы в гареме своего господина услаждать, а не управлять такой огромной страной), вероломно нарушив прежние договоренности, фактически присоединила Крымский полуостров к России. Да и Иосиф II, австрийский император, вел себя непонятно, и не исключено, что он может стать союзником Екатерины II и выступить против турецких войск в Сербии и Хорватии.
Смутой веяло и внутри страны. Казна истощилась, и янычары, которым всего на несколько дней задержали выплату жалованья, роптали. С ними шутить было опасно. За последние двести лет они подняли не одно восстание и свергли нескольких султанов. Чаще всего эти смелые воины были слепым орудием в руках противостоящих друг другу группировок. А их глава – янычарский ага – являлся очень влиятельной фигурой при дворе турецкого правителя. Этот военачальник имел право лобызать мантию султана ранее, чем к этому допускались командующий кавалерией или артиллерией. Но на прошлогоднем празднике церемониймейстер по рассеянности допустил оплошность, и командир султанской гвардии оказался третьим, припавшим к одежде носителя «тени Аллаха на земле». Узнав об этом, янычары взбунтовались и заявили требование, удовлетворенное уже на следующее утро.
Едва красный солнечный шар показался на горизонте, как придворные вынесли и поставили на землю перед дворцом круглый деревянный поднос с головой незадачливого церемониймейстера. Экзекуция была выполнена строго по правилам (в случае казни великого визиря его голова удостаивалась большей чести – она покоилась на серебряном блюде и ставилась не на землю, а на колонну из черного мрамора). Тот печальный день падишах провел в нескончаемых молитвах, умоляя Аллаха простить забывчивость убиенного слуги.
Но больше всего беспокоила чума, уносившая ежедневно сотни человек. Могильщиков в Стамбуле не хватало, и мертвецы
