Ретро-Детектив-3. Компиляция. Книги 1-12

господин. Представившись учителем географии, он предложил мне заработать, совершив несколько погружений в указанных им местах. Он был уверен, что там полным-полно золота и серебра. Все, что я найду, он хотел разделить между нами поровну. А в качестве подтверждения своей правоты он показал мне одно местечко у самого пирса и пообещал, что на дне я обнаружу горы старинного оружия. Предложение, сами понимаете, меня несколько заинтриговало. Я сказал, что мне нужно подумать, но не удержался и тайком опустился под воду там, где он указал. То, что я увидел, поразило меня настолько, что мои тяжелые свинцовые ботинки мгновенно вросли в ил: останки людей и лошадей громоздились в виде огромных куч. Один скелет янычара в обрывках одежды сидел на лошадином хребте, охваченном остатками сбруи. Ноги всадника так и остались в стременах. На боку висела кривая сабля. Я не смог удержаться и взял эту ржавую полоску металла на память. А ночью мне привиделся этот воин. В его пустых глазницах сверкали огоньки. Он потребовал вернуть его оружие. Я тут же проснулся и, едва дождавшись рассвета, отправился на берег и бросил вчерашнюю находку в море. Следующей ночью скелет снова пригрезился мне, и, вы не поверите, он поблагодарил меня и сказал, что если я хочу когда-нибудь увидеть своих внуков, то мне не следует принимать предложение незнакомца. Во время очередной встречи с Завесовым я ответил ему категорическим отказом. Он что-то недовольно буркнул и, даже не попрощавшись, ушел. А когда я увидел его в составе членов экспедиции, то очень удивился. Однако он притворился, что не узнал меня, да и я не хотел ворошить прошлое. Вот, собственно, и все. – Папироса потухла, и рассказчик замолчал. И только Смальский не переставая строчил карандашом в редакционном блокноте. – Я прошу вас, господин журналист, об этом нигде не писать, поскольку это касается меня лично, – потребовал водолаз.
– Зря беспокоиться изволите. Это я так, материалец для будущего романа собираю.
– Да, слишком много информации я сегодня услышал, и надо бы все хорошенько обдумать, – купец осмотрелся и, перебирая в руках висевшую на жилете золотую цепочку, заторопился на выход.
Вслед за негоциантом к выходу потянулись и остальные. Заметив, что Ардашева не было в ресторане, Пустоселов направился к его каюте. Оказавшись перед дверью присяжного поверенного, Афанасий Пантелеймонович настойчиво в нее постучал. Почти в ту же секунду перед ним возник облаченный в длинный шлафрок Ардашев.
– Простите великодушно, Клим Пантелеевич, но я точно знаю, кто убил Лиидора Макаровича. – От нетерпения у торговца сводило скулы.
– Ну, и…?
– Лепорелов.
– А какие у вас доказательства?
– Помните, ведь это я сообщил вам об убийстве Завесова, а мне об этом сказал наш ботаник. А откуда он мог знать, что географ убит, а не умер? По его словам, он лежал на боку с открытыми глазами, то есть с ним мог приключиться, к примеру, удар, но он мог оставаться живым, пусть даже и руку подвернул… А Лепорелов сразу заявил, что географа порешили. Да откуда же ему это было известно? Выходит, он сам его и прикончил!
– Вы упустили одну немаловажную деталь: рядом с телом растеклась огромная лужа крови, вот потому-то Елизар Матвеевич подсознательно и определил, что Завесова убили.
Убедительный довод и спокойный тон адвоката умерили пыл начальника экспедиции:
– Ну и слава Всевышнему, что я ошибся. Правда, считаю обязательным пересказать вам весь разговор, который только что состоялся за нашим столом, поскольку надеюсь, что эти сведения окажутся полезными в деле отыскания злоумышленника. Так что слушайте…

«Тюльпан» и «Магнолия» уже вторые сутки бороздили морские просторы, держа курс на северо-восток. Расчет Русанова был прост: среди полутора с лишним тысяч греческих островов всегда можно было найти свободный кусочек суши. Многие из них, примерно около сотни, до сих пор были почти необитаемы, либо на них имелись небольшие рыбацкие деревушки.
Выдерживать верный курс удавалось с помощью карты, хронометра, компаса, астролябии и специальных таблиц. Все эти необходимые в морских странствиях предметы оказались на борту захваченного турецкого судна. Макфейн искренне обрадовался астролябии и, покинув на время «Магнолию», с удовольствием объяснял Капитону принцип работы этого навигационного прибора:
– Измерения проводятся с помощью вот этого металлического кольца с отметками и свободно вращающейся планки с визиром, которая, как ты видишь, располагается в самом его центре. Прежде всего следует навести устройство