Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
а сам решил подняться на палубу, чтобы полюбоваться стихией. Из трубы вылетали мириады искр, и казалось, что где-то там внизу кипят страшные адовы котлы для грешников и грешниц и будто мир преисподней зловещим призраком овладел морем, грозясь уничтожить беззащитных людей.
– А как же умирать-то без священника? Ведь и не покаешься перед смертью…
Клим Пантелеевич обернулся – рядом, с перекошенным от страха лицом, стоял Лепорелов. Он часто крестился правой рукой, а левой крепко держался за поручень.
– Ну что вы, Елизар Матвеевич. Все обойдется, к утру шторм стихнет. Пойдемте, а то промокнете.
– Неспроста все это, Клим Пантелеевич. Ходит смертушка за мной по пятам, никак не угомонится окаянная! Ведь не Лиидора должны были убить, а меня! – стукнул себя кулаком в грудь учитель и отступил назад, спрятавшись от летящей с неба воды.
– А вас-то за что?
– Да за грехи мои тяжкие! Одному вам поведаю. Случилось это еще в девяносто шестом году. Был тогда я молод, влюбчив и горяч. Батюшка мой – известный в Ставрополе купец. Дал он мне деньжат для коммерции. Вот и решили мы с компаньоном шорную лавку открыть. Думали, пойдет торговля, прибыток получим, а там, глядишь, и магазин солидный заимеем. Поначалу так все и складывалось. Только в один прекрасный день надумал дружок мой жениться. Ну, я, знамо дело, шафером у него на свадьбе собирался быть. Но как только увидел его невесту, так и остолбенел – красавица, каких свет не видывал. Вот и наполнился я, грешный, черной завистью к нему. К бабкам разным ходил, к колдуньям, чтобы они Агафью ко мне приворожили. Проку от этих визитов не было, но ссоры в их семье стали возникать все чаще. А через два месяца удалось нам с Ермолаем почти за бесценок купить несколько возов сыромятной кожи. Доверил я ему продать весь товар на ярмарке в Екатеринодаре. Возвращался он оттуда с огромными деньжищами, да такими, что нам и не снились! По дороге не удержался парень и подобрал одну расфранченную даму, а позже она попросила взять вроде бы случайно оказавшегося на их пути ее знакомого. Слово за слово, разговорились. Путь до Ставрополя неблизкий, вот дамочка и предложила от скуки в картишки перекинуться. Не заметил Ермолаша, как без копейки остался. А кучер тоже оказался из их шайки, а потому выбросили они обобранного пассажира на пыльную дорогу. Через несколько дней напарничек появился у меня. Так, мол, и так, прохарчился я… А должок верну – не сомневайся, только вот когда, не знаю. А меня от обиды аж затрясло! Ишь, думаю, какие рацеи развел! А на что мне теперь товар закупать? Выходит, опять к родителю на поклон идти? Деньги мои растранжирил, а домой сейчас явится – молодая жена ему борщ подаст да чарку нальет; а потом погасят лампу, задернут занавесочки и давай тешиться! И знаете, Клим Пантелеевич, такая меня обида взяла, что я все ему высказал: «Деньги мои, – говорю, – ты не уберег по причине собственной жадности, потому что за легким барышом погнался… Так что будь добр к утру принеси всю мою долю. А не выполнишь мое требование – пойду в полицию. А уж там они разберутся – где правда, а где – ложь. А что, если ты всю эту историю выдумал, а выручку присвоил? – Но потом я поразмыслил и сказал: – Но ежели хочешь, чтобы я растрату тебе простил, то пусть Агафья сегодня ко мне в опочивальню наведается свечу задуть. А утром встретишь ее вместе с моей распиской, где я отпишу, что никаких долгов предо мною у тебя не имеется».
От неожиданного моего предложения он поначалу опешил, а потом как выскочил из комнаты да так хлопнул дверью, что образа на пол чуть не слетели. А как стемнело – пришла она. Не буду рассказывать, каким счастливым человеком я чувствовал себя в ту короткую летнюю ночь! Не успело солнышко взойти, как я Агафьюшке предложение сделал, а она заплакала в ответ и нежно меня поцеловала в щеку. «Спасибо, – говорит, – тебе, Елизарушка, за доброту твою и ласку». Расписку-то я, как и обещал, отписал. Только через два дня нашли ее мертвой под яблонькой в их же собственном саду. По подозрению в убийстве арестовали Ермолая. Дом обыскали – сперва ничего не обнаружили, а кинулись в погреб – там нож окровавленный. На суде он во всем сознался, но поклялся, что рано или поздно меня убьет. Мол, не он, а я в ее смерти виноват. Дали ему тогда четырнадцать лет каторги и в кандалах в Сибирь отправили. А я торговлю бросил и в студенты подался. Меня с детства к наукам тянуло, да и гимназию я в свое время с отличием окончил. Но каждый год, возвращаясь на вакации домой, ноги сами несли меня на Даниловское кладбище к Агафьиной могилке. Кроме меня, за ней и следить-то некому было. Бабка ее в тот же год померла от горя, а родителей холерный мор давным-давно забрал.
– Получается, что ее муж должен в этом году освободиться?
– В том-то
