Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
Она расточала улыбки всем мужчинам без исключения, и от этой искренней приветливости становились невидимыми легкие изъяны ее внешности.
У столика под номером три царило веселье. Каширин рассказывал анекдоты далеко не пуританского содержания; сам же хохотал над ними и при каждом удобном случае целовал руку Капитолине Матрешкиной. Ее напудренное лицо то розовело от счастья, то покрывалось свекольными пятнами стыда. Испытывая чувство неловкости от явного, но в то же время и столь приятного ухаживания, madame искоса поглядывала на дочь. Только все ее опасения были напрасны. Внимание юной красавицы сосредоточилось на Свирском. Юлия поедала студента влюбленными глазами и ловила каждое его слово. Она увязла в своих чувствах к молодому человеку, как пчела в сладком сиропе. И, похоже, Харитон начал отвечать ей взаимностью. Правда, в его взгляде читалось скорее сострадание к чувствам юной барышни, нежели любовь. До страстных поцелуев и горячих объяснений было еще далеко, да и сладостные воспоминания о восхитительной и нежной Елене Николаевне были еще очень свежи и вечерами мешали ему засыпать.
Семейная чета Богославских, штурман Войцеховский и судовой врач Березкин занимали четвертый столик.
Появились официанты и подали блюда. Вдруг из-за стола поднялся Бранков и, громко объявил:
– Уважаемые дамы и господа! Позвольте сообщить вам две новости. Во-первых: в Порт-Саиде я отыскал химическое вещество под названием «Феникс», которое возвратило к жизни поврежденную морской водой пленку, выброшенную за борт преступником. Во-вторых: когда отреставрированная фильма окончательно высохнет, у вас появится великолепная возможность ее посмотреть. Так что завтра после ужина – милости прошу всех в синематографический зал. Не пожалеете!
Киношник сел. По всему было видно, что это сообщение никого не оставило равнодушным. Однако на вопросы, связанные с предстоящей премьерой, оператор отвечать отказывался и предлагал нетерпеливым попутчикам дождаться вечера следующего дня.
– Вот уж положеньице – хуже губернаторского! Отправились в научную экспедицию, а попали в сплошные приключения. – Лепорелов повернулся к Бранкову и почти прошептал: – Ох, и неладное предприятие вы затеяли, Александр Осипович, фильму эту демонстрировать. Злодея дразнить вознамерились, а о нас, грешных, подумали? А что, если он ночью дырку в корпусе проколупает, и мы всем скопом к целакантусу в гости на дно морское отправимся, а? Или того хуже – пожар на корабле учинит? Что тогда?
– И что же вы предлагаете? – Бранков оторвался от еды. – Ничего не предпринимать и ждать, пока преступник выберет следующую жертву?
– Помилуйте, Александр Осипович! Конечно же нет! Надо было вам самому тихонько пленочку прокрутить да сообщить кому следует. Слава богу, и полицейский здесь. Не какой-нибудь «столичный голубь», а наш, родной, ставропольский. И хоть Антон Филаретович на руку нечист, ну так зато свой! Его, почитай, весь город знает!
– Нет уж, Елизар Матвеевич, пусть этот душегуб помучается да помечется, как волк загнанный. – Оператор внимательно посмотрел в глаза учителю естествознания; тот не выдержал и отвернулся. – Очень бы я хотел, чтобы он испытал хотя бы толику того, что довелось пережить мне в открытом море!
– Ваша правда, – согласился Пустоселов. – Никому такого не пожелал бы – сутки на волнах бултыхаться. Верно, о многом передумать пришлось?.. Жену и детишек, чай, вспомнили, а? Это ж почти как перед виселицей: помилуют или нет – одному Богу известно.
– А что это Ардашевы из-за стола выскочили? – обратила на себя внимание Амалия Панкратовна.
– Да, – подтвердил газетный репортер, – заторопились куда-то.
– Непривычны, скажу я вам, русскому желудку эти яства, – опасливо накладывая в тарелку запеченные морские гребешки, посетовал учитель естествознания.
– Мало того что непривычны, они еще и опасны, – высказался Пустоселов и принялся за краба.
– Полноте пугать, господа! – мадам Слобко кокетливо захлопала ресницами. – Извольте рассказать мне все без утайки, а то я не притронусь ни к одному кусочку и умру от голода прямо на ваших глазах!
– Видите ли, Амалия Панкратовна. Еще задолго до экспедиции в Ставрополь приехал профессор Граббе с лекцией об опасных обитателях моря, – принялся объяснять Лепорелов.
– Вы имеете в виду этого прелестного старикашку за первым столом?
– Его-его, – отламывая крабовую клешню, подтвердил купец.
– Так вот, – продолжал Елизар Матвеевич, – оказывается, что множество рыб представляют для человеческого организма смертельную угрозу. Взять хотя бы рыбу фугу…
– Что-то я не помню,
