Ретро-Детектив-3. Компиляция. Книги 1-12

В просторной игровой, убранной на входе бордовыми драпри, кипели страсти. Пахло шампанским, дорогим табаком, французскими духами и шоколадом. Дамы в умопомрачительных нарядах сверкали драгоценностями и радовали мужской глаз соблазнительными линиями оригинальных декольте. Господа во фраках, пиджачных парах и сюртуках представляли собой совершенно разномастную, как по возрасту, так и по общественному статусу, публику. Графы, бароны и даже один сиятельный князь держались с почтительно-высокомерным достоинством. Их движения за столом были размеренны и неспешны. Проигрывали они легко и беззаботно, забывая о недавней неудаче уже в зале мюзик-холла. Под стать им вели себя иностранцы (их было немного: американская пара Браун да эмир Бухарский) и русские фабриканты. Чиновники и мещане, хоть и старались внешне изображать из себя состоятельных гостей заведения, но чаевых лакеям почти не давали и по ходу игры все чаще ощупывали исхудавшие за вечер портмоне.
Третья же, самая низшая часть игроков – арапы. Так называли опустившихся до мелкого мошенничества и слащавого угодничества игроков, которые уже не могли жить без карт. Большая часть из них становилась шулерами и попадала под крыло Дяди Проши, другие же чаще всего спивались и опускались еще ниже. Их, грязных и оборванных, можно было встретить на местном базаре, где они предлагали каждому встречному перекинуться с ними в «терц», «палки» или «три листика». Таким субъектам в «Мавританию» путь был заказан.
Клим Пантелеевич в неизменной компании снова играл в chemin de fer. Ставки он делал небольшие. За соседним столом адвокат заметил мадам Браун. На этот раз она была одна, а ее супруг, по-видимому, искал благосклонности фортуны у рулетки. Зато сосед оказывал привлекательной иностранке весьма заметные знаки внимания. Чем дольше они беседовали, тем чаще Эмили поглядывала в соседнюю залу, откуда в любой момент мог появиться ее муж.
– А эта американочка не теряется. Смотри, Клим, она явно принимает ухаживания этого щеголя, – оторвав глаза от карт, поделилась наблюдениями Вероника Альбертовна.
– Ну и бог с ней. Ты лучше скажи, как тебе Бухарский эмир?
– Он напоминает разжиревшего от восточных сладостей кота. По его заплывшим от жира глазам кажется, что этот человек получил от жизни все, чего только мог желать. И потому он ленив и безразличен ко всему. Этакий рахат-лукум в сметане. А вот его спутница – другое дело. Она жадна и суетлива. В отведенное ей судьбой время эта пышногрудая красавица пытается достичь максимальной выгоды. Ну, посмотри, как она торопливо пересчитывает выигрыш! Разве я не права?
– Отчего же! Я абсолютно с тобой согласен, дорогая. Более того, я всегда придерживался мнения, что твоей наблюдательности могли бы позавидовать лучшие сыщики Европы и Америки.
– Ты опять подшучиваешь? – с едва заметной ноткой обиды вымолвила Вероника Альбертовна.
– Ничуть, – вполне серьезно ответил Клим Пантелеевич. – Только позволь добавить, что дама сия – подопечная хозяйки этого заведения. Я обратил внимание на то, как они обменивались взглядами. И потом, эмир дает ей деньги на каждую ставку. Согласись, с любимой женщиной так не поступают.
– Ты хочешь сказать, что она обладательница желтого билета?
– Скорее всего.
– Господи, как это противно! Я слышала, их еженедельно, словно скаковых лошадей, водят на осмотр к доктору.
– А я вам вот что скажу, – к адвокату вдруг наклонился молчавший до поры Варяжский, который, судя по всему, расслышал только последнее слово Вероники Альбертовны. – Все эти доктора – грабители с большой дороги. Они совершенно ничего не смыслят! Вот третьего дня мой эскулап перепутал омисс кишечника с почечуем! Представляете! У нас на водах они жуируют, флиртуют, скачут на лошадях как ошалелые, а здоровье больных им совершенно безразлично! Зато приударить за чужими женами для них – куда привычнее! – Губы у старика напряглись и сжались, словно завинченные до отказа слесарные тиски. – Вчера я, знаете ли, чуть было не вызвал одного зарвавшегося наглеца на дуэль…