Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
казак, а в ночной безмолвной степи где-то очень далеко протяжно выл одинокий волк. Стало так тихо, что можно было расслышать писк червяка, точившего дерево. Израненная пулями и частыми набегами крепость погрузилась в беспокойный, некрепкий сон. Вскоре уснул и Самоваров.
Раскисшая от нескончаемых дождей дорога обещала надворному советнику трудный и неприятный путь назад. Осенняя распутица удерживала в своем грязном плену десятки карет и легких колясок.
За крепостью, на солдатском кладбище, полковой священник с раннего утра читал молитвы и, размахивая кадилом, отпевал усопших. Тело Игнатьева было решено отправить в Ставрополь и похоронить там со всеми воинскими почестями.
Обратно Самоваров отправлялся в сопровождении тех же казаков, только теперь за экипажем тянулись дроги со свинцовым гробом, где покоились останки полковника. Весть о его подвиге быстрокрылой чайкой разнеслась по окрестностям, и линейные казаки на постах, завидев укрытый пологом гроб, брали на караул.
Мелкая беспрерывная изморось делала поездку совсем невыносимой, и карета то и дело застревала в непролазном, жидком болоте. Казакам приходилось вытаскивать на руках то дроги, то экипаж, вывязивая колеса из топкой трясины, условно именуемой почтовым трактом.
Ночью неожиданно начался снегопад, укрыв осеннюю распутицу и непролазную грязь белым пушистым одеялом. Дорога слегка подмерзла, и ехать стало значительно легче. В Ставрополь Самоваров добрался утром следующего дня. Повсюду царило оживление. Извозчики меняли коляски на сани, детвора весело играла в снежки, а торговцы дровами и хворостом бойко распродавали оставшиеся с осени запасы топлива. В город пришла зима.
Четверка лошадей вместе с казаками остановилась у дома командующего. За ней подкатили дроги. Надворный советник в сопровождении дежурного офицера вошел во двор. Снова, как в первый раз, он застал генерала за любимым занятием: Георгий Арсеньевич отламывал куски от свежего каравая и кормил оленей. Хлеб был еще теплый, и из него клубами шел пар. Услышав шаги, Эртель повернулся и, обращаясь к Самоварову, заметил:
— Вижу, Иван Авдеевич, дорога-то вас порядком измотала.
— От этого, ваше превосходительство, никуда не денешься.
— Похороны полковника Игнатьева начнутся совсем скоро…
— Вам уже обо всем известно?
— Согласно уставу генерал Турчанинов сразу же отправил в штаб вестового с депешей.
— Ах да, — понимающе кивнул следователь, — военный порядок.
— А когда вы собираетесь назад?
— Я, ваше превосходительство, хотел бы проводить Родиона Спиридоновича в последний путь и сразу же выехать.
— Это правильно, Иван Авдеевич, что решили почтить его память. Я много думал над вашими догадками и, к сожалению, понял, что они вполне логичны, а значит, могли подтвердиться. Героическая смерть полковника, пожалуй, лучший исход в этой таинственной истории с исчезновением золота. Он вряд ли бы вынес эти унизительные допросы и упоминание в них Агриппины. Так что пусть он останется в нашей памяти офицером, с честью выполнившим свой долг.
— Мне иногда кажется, что некая неведомая, потусторонняя сила вмешивается в ход расследования. А сейчас, после смерти Родиона Спиридоновича, все еще больше запуталось…
— И тем не менее вы сделали все возможное…
— Благодарю, ваше превосходительство, за столь лестную оценку моих скромных усилий, и все-таки жаль, что мне не удалось довести это дело до конца. Смею надеяться, господин генерал, что в случае появления каких-либо новостей, имеющих хоть косвенное отношение к пропаже, вы найдете возможность послать мне весточку.
— В этом можете не сомневаться. Ну что ж, Иван Авдеевич, пойдемте, скоро начнется отпевание…
В городе все было готово к торжественным похоронам. Запаянный гроб на траурном катафалке в составе почетного офицерского караула привезли в главный городской храм — Троицкий собор. Казалось, все пятитысячное население Ставрополя пришло проститься с героем. Священник в присутствии однополчан совершил божественную заупокойную литургию отпевания, и по ее окончании штаб-офицеры, согласно воинскому ритуалу, сопроводили траурную колесницу до военного кладбища. Обнажив голову, командующий оглядел присутствующих и произнес:
— Сегодня русская земля примет останки еще одного сына, отдавшего жизнь
