Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
у входных портьер и резко рванул на себя ручку. Перед ним возникло испуганное лицо камеристки со стаканом на подносе.
— Я ппри-несс-ла трав-вяной отвар, — заикаясь от неожиданного появления присяжного поверенного, едва выговорила прислуга.
Перед Ардашевым открылась черная пустота старого соляного хранилища. Из глубины подвала повеяло затхлой вековой сыростью. Само помещение очень походило на средневековые пыточные застенки, описанные во французских романах начала прошлого века. Стены, пол и потолок срослись воедино и, казалось, совсем не отличались друг от друга. Согласно ранее изученному плану крепости, соляной склад был единственным помещением, под которым проходили подземные коммуникации, отмеченные штрихом. В дальнем левом углу, почти у самой стены, каменные плиты несколько просели, образуя небольшое, но заметное углубление. Постояв некоторое время в этом месте, Клим Пантелеевич поблагодарил дежурного штабс-капитана и, пройдя через двор, вышел за ворота. Получить разрешение на осмотр помещения Интендантства было бы невозможно, если бы не помощь знакомого полковника — командира расквартированного в Ставрополе Самурского пехотного полка.
Привычно выбрасывая вперед трость, присяжный поверенный не спеша достиг дома Загорской, затем развернулся и зашагал в обратном направлении. В его поведении не было бы ничего примечательного, если бы он двигался так же, как все остальные прохожие, но Клим Пантелеевич шел по прямой линии, пересекая тротуар, цветочные клумбы и проезжую часть дороги, невзирая на недовольные взгляды извозчиков и удивленных обывателей.
У самых интендантских ворот он устало опустился на лавочку, достал коробочку любимого монпансье «Георг Ландрин» и полакомился маленькой красной конфеткой. Прикрыв глаза, Ардашев, казалось, полностью растворился в звуках и запахах лета, наслаждаясь пением птиц, теплым дуновением слабого восточного ветра и ароматом большого розового куста, раскинувшего неподалеку головки бордовых красавиц. «Четыреста сорок пять шагов, — мысленно повторил он, — четыреста сорок пять шагов в одну сторону…»
— Доброго дня, Клим Пантелеевич! Разрешите?
Над адвокатом нависла фигура начальника сыска.
— А-а, Ефим Андреевич! Как хорошо, что мы встретились! А то ведь я к вам собирался.
Поляничко сел рядом и, расправив усы, осведомился:
— А что стряслось?
— Да я хотел расспросить вас об обстоятельствах смерти господина Сипягина.
— Да, случай, конечно, странный, но никаким убийством здесь не пахнет. Мы опросили около десяти человек, и все как один подтверждают, что купец вышел на перрон в прекрасном расположении духа, здоровался и раскланивался со знакомыми, а потом с довольной улыбочкой… шагнул под колеса поезда.
— Вы сказали — «вышел на перрон». А позвольте узнать, где он был до этого?
— В ресторане. Пил «Смирновскую», закусывал черной икрой, а уходя, оставил половому на чай — сколько б вы думали?
— Неужели красненькую? — вскинув в изумлении брови, предположил адвокат.
— Ее, родимую! Десять рубликов! Где это видано, а?
— Он что же, один водочкой причащался?
— Нет, конечно… Сидел с ним какой-то господин. Он, кстати, вместе с Сипягиным прошел к вагонам, но потом, после того как тот бросился под поезд, куда-то исчез. Его внешность никто не запомнил.
— Жаль… А вскрытие не производили?
— Помилуйте, Клим Пантелеевич, так зачем же самоубийце вскрытие? Тут и так все понятно, — развел руками полицейский.
— А когда похороны?
— Завтра.
— В таком случае, Ефим Андреевич, попросите у вдовы разрешение на вскрытие, поскольку уверен, что Сипягин был убит. Да и родственникам от этого хоть небольшое, но все-таки облегчение: если окажется, что имело место смертоубийство, то они смогут отпеть его в церкви и похоронить рядом с предками, а не на отшибе погоста вместе с самоубийцами. Да и духовное завещание, если оно есть, сохранит свою силу.
— Но это невозможно… его же поезд пополам переехал.
— Надобно обязательно взять пробы содержимого его желудка. Я уверен, что ему подсыпали большую дозу опия, которая в совокупности с алкоголем и привела к появлению галлюцинаций. В тот же день злоумышленник подмешал опий в лекарства госпожи Загорской, и у нее тоже начались виденья. Нет никаких сомнений в том, что действовало одно и то же лицо.
— Но для чего нужна была вся эта заумная катавасия? Проще же отравить…
— Преступник пытался расстроить предстоящую сделку по продаже
