Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
стольких людей, никакая опасность меня не остановит.
— Позволите расценивать это как согласие?
— Да, конечно. Когда надобно выезжать?
— Завтра.
— Хорошо. В таком случае картина преступления вырисовывается следующая: злоумышленник, зная заранее маршрут, связался с Зелимханом и договорился о времени нападения. Что же касается подозреваемого, то это один из трех, чьи тела не обнаружены: Мокин, Кампус или Гласов.
— Но кто из них?
— На сей счет у меня есть некоторые соображения, однако пока я их не буду озвучивать. Рано.
— Ах да, припоминаю, это один из ваших знаменитых принципов: не гадать на кофейной гуще, — проговорил капитан и тяжело вздохнул. — Простите, что перебил.
Присяжный поверенный улыбнулся и заметил:
— Я вижу, что наши прошлогодние ялтинские приключения надолго останутся у вас в памяти. И все же получается, что бандитов было не восемь, как я насчитал, а по крайней мере девять. И этот девятый повел уцелевшего члена экспедиции через Клухорский перевал к морю. Манускрипты несли в двух заплечных мешках. Уже в Сухуми они наняли баркас до Одессы. Это самый безопасный путь. Очень вероятно, что проводник вернулся обратно. Вот и все, что нам известно на данный момент. — Он подошел к окну, отодвинул занавеску и, не поворачиваясь к собеседнику, проговорил: — А знаете, капитан, когда я поднялся по отвесной скале и увидел лик над пропастью, то понял вдруг, что со мной ничего не может случиться. Я прочитал это во взгляде Спасителя. И даже потом, оказавшись в плену у горцев, я был совершенно уверен в собственной безопасности. Да… Мне уже сорок пять, а я все продолжаю бременить землю.
— Видимо, Господь посчитал, что вы не до конца выполнили свое предназначение. Другого объяснения у меня нет, — задумчиво выговорил офицер.
Адвокат бросил взгляд на стоящие в углу часы.
— Предлагаю пойти спать. Завтра рано вставать. А мне еще надобно убедить супругу, что поездка будет недолгой и уж точно не такой опасной, как странствие по горам. Вам постелили в комнате для гостей. Позвольте, я покажу.
Проводив Мяличкина, Ардашев вошел в спальню и плотно прикрыл дверь. Супруга читала «Санина» Михаила Арцыбашева.
— Уезжаешь? — спросила она.
— Да.
— Когда?
— Завтра.
— Надолго?
— Всего на несколько дней.
— Куда?
— В Одессу.
Клим Пантелеевич выключил лампу и нежно обнял жену. Он почувствовал легкий аромат французских духов и ее горячее дыхание.
А за окном вереницей шалых теней мелькали голые ветки качающихся на ветру деревьев. Шла третья неделя октября.
Дорога до черноморского курорта заняла почти двое суток. Приходилось делать пересадки и дожидаться на станциях, пока придет нужный поезд. Еще в купе, за несколько минут до выхода на перрон одесского вокзала, адвокат достал из саквояжа накладные усы, бороду, театральный клей, кисть и коробочку матирующей пудры. Глядя в зеркало, он стал гримироваться. Появились аккуратные усики и клиновидная бородка. Пудра и ватный тампон довершили дело.
Мяличкин, наблюдая за манипуляциями соседа, подумал: «Вот что значит школа нелегальной заграничной работы! А ведь я даже не догадался предложить Климу Пантелеевичу воспользоваться гримом. А он прав: если продавец его узнает, сразу ляжет на дно. Теперь же это маловероятно, так как присяжный поверенный сольется с толпой. В Ставрополе, вероятно, все привыкли, что Ардашев всегда чисто, по-европейски, выбрит. Этим он отличается от других. В России, кроме актеров, так почти никто и не ходит. Юноши уже с шестнадцати лет заботливо отращивают усы, а многие и бороду, не говоря уже о семинаристах».
За вагонным окном стояла сырая холодная ночь. Приморский город встретил гостей проливным осенним дождем и таким же пронзительным ветром, который хозяйничал в Ставрополе в день их отъезда.
Нанятый промокший извозчик остановил пролетку на Дерибасовской, перед домом № 29. Здесь, против городского сада, располагалась первоклассная «Большая Московская» гостиница. Роскошное четырехэтажное здание, с изысканной лепниной по фасаду, выстроенное в стиле модерн, невольно притягивало взгляд. Им нельзя было не залюбоваться, даже несмотря на ливень.
Внутреннее убранство фойе ничуть не уступало внешнему великолепию. Стоимость проживания начиналась от одного рубля в сутки и доходила до двух с полтиной. Именно в таком номере Ардашев и поселился. Мяличкин выбрал комнату скромнее, но с телефоном; находилась она всего через три двери от номера присяжного поверенного.
Выйдя из подъемной
