Ретро-Детектив-3. Компиляция. Книги 1-12

злодейку, колдунью. А где ведьма – там и несчастье.
– Да, да, господа, вы уж не обессудьте, но и мне придется откланяться. Владимир Карлович прав – дело важное и требует нашего присутствия. Желаю приятно провести время. – Освобождаясь от салфетки, полицмейстер тяжело поднялся из-за стола и вместе с женой отправился вслед за Фаворским.
На десерт подали ананас, клубнику со сливками, безе, яффские лимоны, пунш-гляссе, кофе по-восточному, сельтерскую воду, пастилу и мармелад производства «Абрикосова» в ярких и разноцветных обертках. В последнюю очередь внесли большой медный самовар, увенчанный заварным чайником из кузнецовского фарфора. Сласти сопровождались разговорами под шустовский коньяк, токайское, вишневый и кизиловый ликеры.
– Получается, что эти два жутких преступления раскрыты? – спросил почтмейстер, смакуя из маленькой рюмочки терпкий напиток.
– Что вы имеете в виду? – уточнил Гайваронский.
– Ну, как же, если верить слухам, то виновник убийства Жиха – уже почивший актер Абрашкин, которого в последствии убрал его же сообщник. Теперь ясно, что это студент Никитин. А ранее эта же парочка, переодевшись в горцев, организовала нападение на поезд. Так?
– Ну, допустим. А что вас удивляет? – недоумевал собеседник.
– Не сходится пасьянс! А как же тогда ставропольская премьера «Ревизора» с участием артиста? Ведь она состоялась в тот же день, когда был налет, – не унимался Расстегаев.
– Очень просто: спектакль закончился, и артист верхом или в фаэтоне отправился навстречу идущему поезду, чтобы вместе с поджидающим его сообщником совершить налет. Согласны? – без затруднений нашел ответ начальник акцизного управления.
– Можно, конечно, успеть, но тогда придется загнать лошадей, чтобы так быстро оказаться в двух с половиной верстах от станции «Кавказской». Никакой извозчик на это не пойдет. Да и как в таком случае назад добираться? Это же решительно невозможно! – Не дождавшись ответа от Гайваронского, Расстегаев обратился к Ардашеву:
– А какие у вас, Клим Пантелеевич, есть на этот счет версии?
– События последних дней переплелись в такой клубок, что распутать их будет не просто. Действительно, кой-какие соображения у меня имеются, но мнение мое субъективно, а значит, носит характер возможной случайности. Нам же в конечном итоге необходимо установить истину, то есть такие обстоятельства, которые не оставят места для вероятностных умозаключений. А скоропалительные гипотезы и преждевременные выводы могут привести в итоге к напрасным страданиям ни в чем не повинных людей.
– Ох, и мастер вы, Клим Пантелеевич, говорить загадками. Ответили, будто с тронной речью выступили, а определенного так ничего и не сказали, – усмехнулся Расстегаев.
– Элоквенция – несомненное достоинство лучшего адвоката губернии. Я бы сказал, его конек. А что, Клим Пантелеевич, уделите мне пять минут вашего драгоценного времени? – натянуто улыбаясь, предложил Доршт.
– С удовольствием, но лучше в саду, – согласился присяжный поверенный.
На свежем, пахнущем распустившимися ночными фиалками воздухе было хорошо и спокойно. Собеседники уселись на скамью.
– Итак, Клим Пантелеевич, я выполнил все ваши условия по приобретению драгоценностей у Клары Жих по ценам, значительно превышающим их фактическую стоимость. Мне это стоило почти всех сбережений. Более того, я был вынужден продать акции двух золотых аргентинских приисков, хотя их котировки только за последние три недели поднялись на двадцать процентов! А что я мог поделать, если таково было ваше требование? Но теперь объясните, пожалуйста, как мне быть с тем фактом, что струной именно моего пианино был задушен Соломон? Что мне говорить полиции? – нервно раскуривая сигару, вопрошал биржевой маклер.
– Действительно, Вениамин Яковлевич, я обнаружил на месте преступления струну с купленного вами музыкального инструмента, но это отнюдь не означает, что именно она является орудием убийства Соломона Моисеевича. Мне кажется, что ее оставили там умышленно, для того чтобы пустить следствие по ложному пути и бросить тень подозрения как на приказчиков магазина, так и на покупателя фортепьяно.
– Вы не представляете, Клим Пантелеевич, какой тяжелый камень с души свалился! А то я думал, что всех собак на меня повесят, – изрядно волнуясь, бормотал обрадованный Доршт. – Разрешите еще один вопросец полюбопытствовать?
– Спрашивайте.
– А как вы узнали, что я подбросил письмо Соломону, ну… с открыткой?
– На клейкой стороне конверта остались прилипшие волоски ваших светлых усов. К тому же внутри его я обнаружил частицы сигарного пепла. А дальше… Определить,