Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
не могут обойтись без игрушек, только с возрастом меняют одни на другие.
В воскресенье, 22 апреля, Вера прямо в вестибюле увидела Виталия Константиновича с Луизой Францевной. Они стояли недалеко от входа и разговаривали с брюнетом, сильно похожим на Милюкова. Точнее, говорил брюнет, а они его слушали и улыбались.
– Все есть в Москве, не хватало нам еще одной лиги. Не хочешь, так не носи ни шляп, ни фуражек, но зачем придавать своему нежеланию политическую окраску? Чтобы звучало? Согласен, лига сторонников гигиены, протестующих против ношения головных уборов в теплое время года, это звучит! Но и настораживает тоже. Начинается все с таких вот совершенно безобидных дел, а заканчивается баталиями на Кудринской площади и Арбате
. Если кто-то находит, что недостаток воздуха и излишнее тепло способствуют выпадению волос, то это еще не дает ему право устраивать шествия с криками «Шапки долой, господа! Шапки долой!»…
Увидев подошедшую Веру, Бутюгин оборвал свою речь, Луиза Францевна приветливо заулыбалась, а Виталий Константинович познакомил Веру с Бутюгиным, назвав того «одним из светочей русской инженерной мысли». Судя по раскрасневшемуся лицу и склонности к подобным гиперболам, Жеравов уже был изрядно навеселе. От Бутюгина тоже пахло не то коньяком, не то ликером. Оказалось, что они с Жеравовым уже успели «обуфетиться» (выражение Бутюгина), а в вестибюль вышли, чтобы встретить Луизу Францевну. Вера уже успела подметить, что Жеравов был изрядно ревнив. Луизе Францевне, кажется, это нравилось. По некоторым оброненным ею фразам, можно было сделать вывод о том, что она с великим удовольствием стала бы m-me Жеравовой.
– Я рассказывал о том, что в Москве организована лига сторонников гигиены, протестующих против ношения головных уборов в теплое время года, – пояснил для Веры Бутюгин. – Поразительно, как любой мелочи у нас умеют придать политическую окраску. Лига сторонников гигиены! Ха-ха-ха!
Во взгляде Бутюгина Вера ощутила явные флюиды, признак мужского интереса. Видимо, Луиза Францевна не преувеличивала, характеризуя Бутюгина как сердцееда. Да нет, какое там «видимо»! Точно не преувеличивала, вон как смотрит, искорки в зрачках сверкают.
– Ах, только бы беспорядков не было, – сказала Вера и, подхватив Луизу Францевну под руку, увела ее лакомиться мороженым.
«Укорачивать» знакомство в шумном вестибюле не хотелось. Да и форсировать события не стоило. Пусть плод созреет, хотя бы немного.
– Вы так и не нашли времени заглянуть в мое ателье, – ласково упрекнула Луиза Францевна. – Разве вы совсем не интересуетесь модой? По вам этого не скажешь. Если не секрет, у кого вы шили это платье?
В последние дни потеплело настолько, что надобность в верхней одежде, пусть даже и легкой, совершено отпала и можно было начинать носить платья из разряда «отчаянно мнущихся». Вера явилась в клуб в одном из своих самых любимых платьев, розовом, атласном, отделанном гипюром. Декольте соблазнительно прикрыто розовым кружевным фишю
, на голове вместо шляпки модная в этом сезоне сетка, сплетенная из тонкого, витого, золотого шнурка и украшенная зернышками искусственного жемчуга. В том, что жемчуг был ненастоящим, ничего зазорного не было – это же не колье, а головной убор. Чай, не государыня императрица, чтобы настоящие жемчуга на голове носить. Но все равно хорошо, Таисия, как увидела Веру во всем великолепии, так и остолбенела – Царевна Лебедь. А Владимир даже из кабинета не выглянул. Как засел там с утра, обложившись книгами по юриспруденции, так и сидел там.
– Секрет, но вам открою, – улыбнулась Вера. – Платье готовое, куплено в конфекционе Жирмунского на Кузнецком. Там большой ассортимент, причем владелец завозит всего понемногу, и можно быть уверенной в том, что в купленном вами платье не будет ходить половина Москвы.
– Учту на будущее, но вообще-то я привыкла одеваться у себя. А то как-то неловко перед клиентками, да и делу ущерб. Если я начну одеваться на стороне, то все сразу решат, что ателье мое никуда не годится…
Мороженое начинали есть вдвоем, а доедали уже в мужском обществе. Жеравову с Бутюгиным тоже захотелось мороженого. Под коньячок.
– Это так гармонично, заливать горячительным холодное! – говорил Бутюгин, предлагая дамам попробовать.
Дамы всякий раз отказывались, точнее – отшучивались, смеясь.
Вера начала рассказывать о вечерах в «Альпийской розе». Старалась не переборщить с восторгами, чтобы все выглядело естественно, но похвалила общество, гостеприимность хозяйки и ее интересных гостей. Бутюгин сразу же вспомнил Мирского-Белобородько,
