Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
реклама, причем такая, за которую не приходится платить. Вшивиков сам готов заплатить за интересные сведения, но я не эту пользу имела в виду, а другую. Разве тебе никогда не хотелось привлечь внимание публики к какому-то из процессов? Вспомни, как совсем недавно ты расстраивался по поводу того, что тяжба наследников купца Варыханова не получила широкой огласки?
– Расстраивался! – Владимир сразу же оживился и перестал кривиться. – А как не расстраиваться! Во-первых, про таких мерзавцев, как Варыханов-сын, надо в газетах аршинными буквами печатать, чтобы все знали, кто он такой! Подавать иск против родных – матери и сестры, обвиняя их в подделке отцовского завещания! На седьмой день после похорон! С учетом того, что три четверти семейного капитала достались ему! Три четверти! Но ему на все захотелось лапу наложить! Видела бы ты, как я его разделал! Про этот процесс во всех газетах следовало написать, но… Наводнение, «Титаник», ресторатор Люминарцев со своей женой…
При упоминании о Люминарцеве Веру передернуло. Ужас какой – прожить с женой семь лет, нажить двоих детей, а потом задушить в пылу ссоры, порубить топором бездыханное тело на куски и бросить в Москву-реку… Что творится с людьми? Не разбойник какой-нибудь, приличным человеком считался. Потомственный почетный гражданин, член попечительских советов двух благотворительных обществ… Кто бы мог подумать? Кто мог ожидать? Неужели супружеская жизнь может сделать из человека зверя? Вера опасливо покосилась на Владимира и тут же одернула себя – нельзя мерить всех людей на один кривой аршин. Владимир не такой, как Люминарцев, не без недостатков, конечно, но не такой.
– Вот видишь, – сказала она, добавив в голос назидательности. – А Вшивиков мог бы и написать. Ты подумай, если захочешь, я тебя с ним познакомлю.
– Знакомь, – разрешил Владимир. – И не только с ним знакомь. Я хочу посмотреть, что там за общество. Вильгельмина Александровна частенько хвалит свои вечера, пора бы и собственными глазами увидеть…
Выход в свет с мужем налагает определенные обязательства. От мужа невозможно отделаться, как от какого-нибудь назойливого кавалера вроде покойного Мейснера. Вместе вышли в свет, вместе в нем и «вращайтесь», иначе не комильфо, иначе станут шептаться о том, что у адвоката Холодного не все гладко с женой. Само по себе неприятно, когда о тебе судачат, да и адвокатской репутации ущерб. Это актеры да поэты могут позволять себе любые вольности (адюльтер, внебрачные дети, публичные скандалы) и оставаться любимцами публики. От адвокатов и врачей люди ожидают поведения добропорядочного, выдержанного строго в рамках приличия. Иначе дела с ними иметь никто не станет.
Впрочем, Вере сегодня присутствие Владимира было только на руку, тем более что дважды ей удалось его ненадолго оставить, а на большее она и не рассчитывала.
Пока Вильгельмина Александровна знакомила Владимира с Шершневым (там же присутствовал и Нирензее, пришедший сегодня без Эмилии), Вера успела перемолвиться словом с Вшивиковым.
– Я решила, Александр Никитич, что будет лучше познакомить вас с моим мужем, – сказала она, указывая глазами на Владимира. – Я в дела мужа вникать не люблю, лучше уж пусть он сам станет сообщать вам интересные новости…
– Не знаю, как вас и благодарить, Вера Васильевна! – обрадовался Вшивиков. – Я и не смел надеяться! Адвокаты, особенно такие, как ваш супруг, нашего брата не очень-то жалуют…
– Владимир станет «жаловать» вас настолько, насколько вы заслужите, – строго сказала Вера, разве что пальцем не погрозила. – Одна плохая заметка – и знакомству конец. Учтите, что мой муж не забывает ничего, ни хорошего, ни плохого…
– Разве ж я не понимаю, Вера Васильевна! Можно было бы и не предупреждать! – Вшивиков, кажется, немного обиделся, но Вере его обиды были безразличны.
– Не подведите меня! – так же строго сказала она и, смягчив тон, добавила: – Что же касается благодарности, то давайте отложим ее до завтра. Сможете встретиться со мной в час дня в кондитерской Пелевина, что на Остоженке, в доме Алексеевского монастыря?
Место встречи Вера выбрала очень умно – чинное, благопристойное, лишенное всяческой романтики место. Публика у Пелевина собиралась тихая, семейная, пили в основном чай да кофе, редко-редко кто рюмочку ликера спрашивал. При мысли о встрече в подобном заведении никакие глупости в голову не полезут, потому что сразу ясно – разговор будет деловой, а не какой-нибудь сердечный. Для сердечных разговоров больше подходят «Трамбле» на Петровке или, скажем, кофейня Виноградова на Мясницкой. Там и атмосфера соответствующая, и музыканты играют, и публика веселая. Не станешь же предупреждать Вшивикова: «Только
