Ретро-Детектив-3. Компиляция. Книги 1-12

Есть люди, умеющие подать себя, показать с наилучшей стороны, подчеркнув все достоинства и старательно замаскировав недостатки, есть совершенно этого не умеющие делать, а есть просто гении рекламы, настоящие уникумы. Это же надо додуматься до того, чтобы дать в газеты такую вот рекламу: «Знаю ваше будущее. Б. Ордынка, д. насл. Бажановой, вт. этаж над телеграфом. М. А. Кошкина». Буквы крупные, а слов мало – бросается в глаза. Не «предскажу», а «знаю». И никаких выдуманных титулов да званий вроде «графиня Сардинская, учредитель и председатель Всемирной Магической Ассамблеи». М.А. Кошкина – это настолько необычно для гадалки, что даже интригует. И Большая Ордынка совсем рядом…
В том, что некоторым людям из числа избранников провидения дана возможность прозревать будущее, Вера не сомневалась. Сомневалась она в другом, в том, что сим чудесным даром была наделена такая толпа народу. Какую газету ни возьми, начиная с «Русского слова» и заканчивая «Московским листком», так повсюду одни гадалки с предсказателями. Фата-моргана, Белая сакральная магия, Астрологический дискурс (что это такое, и представить невозможно) и даже какая-то Хатха Йога Прадипика… Глаза разбегаются, а верится с трудом. М.А. Кошкина – это куда заманчивее, все равно что графы Блудовы. Цепляет…
«Я всего лишь прогуляться», – заявила себе Вера и то же самое сказала Таисии. На часок, не больше. Но проверила на всякий случай, сколько денег лежит в кошельке, и рассудила, что 32 рублей ей за глаза хватит. Это для часовой прогулки-то! С обычным расходом на вазочку мороженого да на какие-нибудь особенно яркие, сильно понравившиеся пуговицы у Крестовникова. В магазине Крестовникова делать покупки втройне приятно. Во-первых, вся эта галантерейная мелочь – пуговицы, ленты, тесьма и все прочее – при малой своей стоимости превосходно оживляют и обновляют гардероб. Смени пуговицы на платье – и будто новое надела. Муж, конечно, и на два новых платья денег даст, в этом смысле его упрекнуть не в чем, но Вера выросла в довольно стесненных обстоятельствах и оттого была рачительной. Где можно, экономила, берегла то, что имела, не гнушалась и штопкой, причем штопала так, что чиненого места нельзя было углядеть.
Во-вторых, Крестовников – сосед. Вера живет прямо над его магазином и должна по-соседски поддерживать коммерцию хорошего человека, тем более что (это уже в-третьих) соседей и вообще всех постоянных покупателей у Крестовникова привечают неимоверно. И цену особую дадут, и образцов надарят, чтобы дома в тишине да спокойствии с ними позабавляться. К чему бы вот эти кружева подошли? А вот та лента на что годится? Было еще у Крестовникова и четвертое преимущество. Если вдруг купила что впопыхах, а потом передумала, то можно было прийти и обменять. Отрезной

товар со «штрафом» в треть стоимости, а весь прочий – с обычной доплатой, если таковая потребуется. В магазине все иначе видится, нежели дома.
Доказывая самой себе, что она всего лишь вышла на прогулку, не более того, Вера дошла по Пятницкой до полицейской части и свернула в Климентовский переулок. Свернуть можно было как налево, так и направо, но ей захотелось направо. На Большой Ордынке тоже не возникло сомнений в том, куда сворачивать, – конечно же, к телеграфу. А оказавшись возле телеграфа, никак невозможно было удержаться от того, чтобы не войти в парадное и не подняться на второй этаж и не позвонить в дверь с медной табличкой «М.А. Кошкина». Табличка, хоть и была надраена на совесть, выглядела старой. «Дому-то всего лет пять-семь, не больше», – удивилась Вера. Впрочем, М.А. Кошкина могла перевезти табличку и с прежней квартиры. И верно – зачем ее оставлять? Кому она будет нужна? Новым жильцам?
Дверь открылась сразу, звонок еще не успел умолкнуть. Как будто Веру ждали. Вера увидела перед собой горничную в простом синем платье и белом фартуке с оборками. Все произошло очень быстро. Не успела Вера поздороваться и сообщить о цели своего визита, как ее пригласили войти. Не успела она войти, как у нее приняли зонт и повели по недлинному коридору в маленькую залу, обставленную скромно, но со вкусом. Голубая обивка прекрасно сочеталась с голубыми занавесями и обоями того же цвета, но более светлого оттенка. Развешанные по стенам cache-pot

с яркими красными цветами создавали какое-то приподнятое настроение. Выпадал из гармонии только раскладной ломберный стол, стоявший между двух низких кресел. Во-первых, он был старым, потрескавшимся от времени, местами с облупившимся лаком, а во-вторых, был обтянут сверху зеленым (как и положено ломберным столам), а не голубым сукном. Вера, признаться честно,