Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
было неловко. А еще так хотелось узнать, удастся ли то, что задумано на послезавтра? Но возвращаться неловко… Куда проще убедить себя в том, что Мария Александровна, во многом отличаясь от прочих гадалок и придерживаясь совершенно иной методы (прогресс и в этих сферах дает о себе знать, как же без него?), морочит головы клиенткам не хуже прочих представительниц этого древнего ремесла. «Жить будете долго… Умирать станете дважды… Ваша заветная мечта исполнится… Будете вознаграждены за долгое ожидание… Ваша слава будет велика… Большую часть жизни вы проживете далеко отсюда…» Обычный набор расхожих фраз, не более того. Про мужа она, правда, угадала (неужели всей любви конец?), но это логика ей помогла, а не карты. Женщины, счастливые в браке, по гадалкам не бегают, им незачем, да и некогда, потому что каждую свободную минутку они посвящают благоустройству семейного гнездышка – салфеточки вяжут да скатерти вышивают. Нельзя же быть такой доверчивой и вообще такой дурой! Увидела объявление и захотела прозреть будущее. Владимир совершенно правильно вышучивает всех гадалок и предсказателей, утверждая, что любой, на самом деле умеющий прозревать будущее, не станет морочить людям головы, а использует свой дар на бирже или хотя бы на ипподроме. И он прав, тысячу раз прав! Вере совсем не жаль было семи рублей. Разве в деньгах дело? Дело в том, что пора бы уже и повзрослеть, поумнеть. Девочка Верочка со своими игрушками, иллюзиями и несбыточными надеждами осталась в далеком прошлом. В далеком, далеком, безвозвратно ушедшем… Жаль Верочку, хорошая была девочка, добрая и наивная…
Третьего мая, в четверг, праздновали Вознесение. На сороковой день после Пасхи Иисус в последний раз увиделся со своими учениками, благословил их и вознeсся на небо. Оправдывая примету «придет Вознесеньев день, так сбросит весна-красна лень, летом обернется-прикинется, за работу в поле примется», солнце с самого утра начало не пригревать, а греть по-всамделишнему, давая понять, что хоть на календаре пока еще весна, но на дворе уже лето.
С утра Вера с Владимиром были в церкви Усекновения Главы Иоанна Предтечи на праздничной службе, затем прогулялись немного по Пятницкой да по Ордынке, вернулись домой забрать подарки и поехали обедать к Вериной родне в Малый Кисловский. Вечер у каждого был запланирован свой – Владимир собирался в автомобильный клуб, а Вера в «Альпийскую розу». Сегодня муж ей там был совершенно не нужен, он только мешал бы, поэтому Вера заранее предприняла кое-какие шаги. Во-первых, сказала, что сегодня у Вильгельмины Александровны ожидается Плачущий Арлекин, певец Крутицкий. Владимиру Крутицкий не нравился, стало быть, шансы на то, что придется ехать в сопровождении мужа, существенно уменьшались. Вдобавок Вера сказала, что в четверг у Вильгельмины Александровны едва ли не в полном составе должна собраться Лига равноправия женщин. Если Крутицкий не отпугнет Владимира, то уж Лига наверняка. Но вышло еще лучше – в четверг в автоклубе принимали очередного европейского гостя, какого-то бельгийского автомобилиста, и Владимир никак не мог пропустить это знаменательное событие.
Вера порадовалась тому, что все начиналось весьма удачно. Доброе начало предвещало добрый конец. Во всяком случае, в это хотелось верить.
Удивительно, но часть Вериной лжи сбылась. Из Лиги равноправия женщин никого не было, даже Эмилии, а вот Печальный Арлекин оказался «праздничным сюрпризом» Вильгельмины Александровны. Основательным, надо сказать, сюрпризом – с большой афишей в вестибюле (половина лица на свету, половина в тени, та, что на свету, улыбается и плачет одновременно) и расставленными в ряды стульями. Вера даже пожалела, что не услышит Крутицкого. Можно было дотянуть и до окончания выступления, но рисковать не стоило. Непредсказуемая Вильгельмина Александровна могла исчезнуть, да и сама мизансцена, камерный дуэт для одного-единственного зрителя (все остальные не в счет), требовала скорого исполнения. «Потеря темпа в пьесах Шекспира чревата провалом», – говорила тетушка Елена Константиновна. Не только в пьесах, но и в жизни порой тоже…
Вера приехала в «Альпийскую розу» к восьми часам. Прошлась по залу, поздоровалась со знакомыми, многозначительно улыбнулась Вильгельмине Александровне, кивнула издалека Вшивикову, выпила бокал мозельского (надо было как-то справиться с волнением), а затем остановилась возле Гедеона Фридриховича Краузе (не выбирала, просто подвернулся первым) и, томно вздохнув, попросила:
– Окажите любезность, проводите меня подышать свежим воздухом. Здесь сегодня так душно!
Воздуха и впрямь недоставало, несмотря на раскрытые окна. Окна шли в один ряд, поэтому не было сквозняка,
