Ретро-Детектив-3. Компиляция. Книги 1-12

наших секретов. Сначала даже не поверилось в такое. Перепроверили, уточнили, все подтвердилось, начали искать дыру, сквозь которую утекают секреты. Искали долго, потому что по воле рока в Москве этими поисками преимущественно занимался Холодный. Можете представить, как человек охотится на самого себя. Но мы тоже не лыком шиты, докопались все же до истины, но сразу Холодного и его подручных арестовывать не стали, потому что решили немного… поиграть с австрийцами в их же игру, но только уже по нашим правилам. Все осталось как прежде. Майор Спаннокки получал сведения, расплачивался, передавал их своему начальству и в мыслях уже, должно быть, видел себя полковником. Холодный и его подручные не знали, что они разоблачены и что сведения, которые они добывают, им на самом деле… подсовывают. Но долго хорошо не бывает, как говорят у нас на Дону. Я ведь с Дона, службу начинал в шестнадцатом Донском казачьем полку…
На казака Ерандаков, по мнению Веры, не походил совершенно. Казаки чубатые, бравые, лихие, а Ерандаков был лысый и какой-то кабинетный. Невозможно было представить его на коне с шашкой наголо.
– Простите, Вера Васильевна, отвлекся. Долго хорошо не бывает, сколь веревочке ни виться, а концу все равно быть, и Холодный, будучи человеком умным, это прекрасно понимал. А тут еще и Спаннокки потребовал сведений м-м… сведений такого рода, которые достоверно указали бы нашим агентам в Вене на их источник. То есть мы непременно узнали бы, что в московском отделении завелся предатель. Для того чтобы отвести подозрения от себя и своих подручных, Холодный придумал коварный план. Он решил подставить вместо себя другого человека. К такому же приему в девятьсот шестом году прибегал некто Разнотовский, впрочем, это не важно. Вы догадываетесь, кого Холодный выбрал на роль подставной жертвы? «Жертвы», потому что вы должны были умереть. Ну что же это сегодня со мной такое?! – воскликнул Ерандаков. – Сам задал вопрос и сам же на него ответил! Он решил привлечь вас к сотрудничеству, создать кое-какие обстоятельства, дополняющие картину вашего мнимого предательства, а затем убить…
– Но п-почему м-меня? – От волнения Вера начала заикаться, чего раньше с ней никогда не случалось. – П-пусть ему нужна б-была ж-жертва. Мы же р-родственники, я ж-жена его б-б-брата… Он мне прямо во время свадьбы…
Чтобы не разрыдаться, пришлось до боли закусить нижнюю губу. Ерандаков встал, подошел к шкафу, что стоял за Вериной спиной у двери, звякнул стеклом и вернулся со стаканом с водой, который поставил перед Верой. Сам еще раз отошел к шкафу, снова звякнул стеклом, на сей раз звук был тоньше, хмыкнул и вернулся за стол.
– Продолжайте, п-пожалуйста, – попросила Вера, отпустив губу.
Воду она пить не стала. Руки дрожат, губы дрожат, внутри все дрожит, так и облиться недолго. Неуютно будет возвращаться домой в мокром пальто.
– Вы не замерзли? – озабоченно поинтересовался Ерандаков.
– Н-нет-нет! – затрясла головой Вера, испугавшись, что полковник закроет форточки.
Свежий воздух бодрил и помогал сохранять остатки самообладания. Если бы в кабинете было душно, Вера могла бы и в обморок упасть, а прохлада не очень и располагает к обморокам.

«В Мясницкой больнице под руководством врача Молоденкова проведены опыты по применению для лечения больных люэсом знаменитого эрлиховского препарата «606». В беседе с нашим корреспондентом д-р Молоденков сообщил, что опыты дали обнадеживающие результаты».

«Вчера в Москву по приглашению Клуба автомобилистов прибыл двукратный победитель автомобильных состязаний на кубок Ван-дер-Бильта австриец Гранс. Появление Гранса на перроне Николаевского вокзала было встречено громкими криками «Ура!».

Газета «Московские ведомости», 8 октября 1910 года

– Спаннокки план Холодного одобрил и принял в нем самое деятельное участие…
– Спаннокки? – вырвалось у Веры. – Но ведь…
– Так я же говорю вам, что Холодный решил подставить вместо себя другого человека, чтобы обвинить его в передаче секретных сведений! – В голосе Ерандакова отчетливо