Очередной томик Ретро-Детектива. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: 1. Иван Иванович Любенко: Маскарад со смертью 2. Иван Иванович Любенко: Кровь на палубе 3. Иван Иванович Любенко: Убийство на водах 4. Иван Иванович Любенко: Тайна персидского обоза 5. Иван Иванович Любенко: Черная магнолия 6. Иван Иванович Любенко: Лик над пропастью 7. Иван Иванович Любенко: Тень Азраила 8.
Авторы: Любенко Иван Иванович, Виктор Полонский
постичь смысл, вложенный им в эти слова. – Звучит заманчиво.
– Ну а если не понравится, то уедем. – Владимир заметно приободрился. – Что теперь поделать. Не всем нравится зимой у моря. Летом приедем, летом непременно…
– Сначала нам надо поговорить, – напомнила Вера. – О важном. А там будет видно…
Ее внезапно посетило странное видение. Сцена, рояль, возле рояля стоит худощавый бледный мужчина во фраке и под аккомпанемент невидимого пианиста поет что-то неслышное. При этом он смотрит на Веру своими большими выразительными глазами и протягивает к ней руки. Вера попыталась прочесть по губам, о чем поет незнакомец, но смогла разобрать всего два слова «ресницы» и «печаль».
Печаль, везде печаль. А еще говорят, что в семнадцать лет долго печалиться невозможно. Говорят, что надо верить в то, что все плохое осталось позади и впереди тебя ожидает только хорошее. Говорят, что в семнадцать лет в это можно поверить искренне. Во всяком случае, так считают мама и сестра Надя. То есть мама считает, а Надя ей подражает.
Повернуть бы все вспять, на восемь месяцев назад, а может, и года на полтора… Но как вернуть? Вернуть невозможно. Si jeunesse savait, si vieillesse pouvait
. Грустно…
«Какая «vieillesse»?
– вдруг ужаснулась собственным мыслям Вера. – До «vieillesse» мне так далеко, можно считать, что никакой «vieillesse» не существует! И вообще судьба человека зависит от него самого. Если я не хочу стареть, то не буду. Не буду, и все тут! Ни за что не соглашусь стареть! Не желаю!»
Где-то в горних заоблачных высях снова раскрылась книга Вериной судьбы, и все та же бесстрастная рука записала в ней: «Не желает стареть».
Воздух колыхнулся, перед глазами мелькнула неясная стремительная тень, железным обручем сдавило горло. Вера не успела вздрогнуть или ойкнуть, так быстро все произошло.
«Умирать станете дважды… — зазвучали в ушах слова гадалки. — Не спрашивайте, как и почему, я сама не знаю, так показали карты…»
Напевному голосу гадалки гармонично аккомпанировал мелодичный звон множества маленьких, невесть откуда взявшихся колокольчиков.
«Сначала одна смерть, а потом, много позже, другая…»
Обруч не только душил, но и тянул назад, поэтому Вера инстинктивно подалась вперед и попыталась оттянуть его правой рукой, позабыв про то, что в ней была вязальная спица. Спица больно кольнула в щеку.
«Это не сон, — машинально отметила Вера. — Кто-то хочет меня убить…»
На ощупь обруч оказался веревкой — толстой, витой, шершавой. Попытка хоть немного оттянуть ее оказалась безуспешной, потому что веревка глубоко впилась в Верину шею — мизинца не просунуть.
Невозможно вообразить, чтобы человек, которому вот-вот предстоит умереть, да еще и столь мученической смертью — от удавливания, — был бы способен испытывать радость, но Вера и впрямь обрадовалась.
