Реванш

прикусываю мочку и провожу кончиком языка по ее уху. Вера глубоко вздыхает и прекращает сопротивляться, словно переключается и отпускает себя. — Вот так-то лучше, котенок, — грубо дергаю ее за волосы, вынуждая запрокинуть голову и открыть мне доступ қ шее и тем чертовым родинкам, которые не давали мне покоя весь вечер.
   Провожу губами по нежной коже, лаская и целуя, контрастом стискиваю ее талию, наверное, причиняя боль. Не знаю, что на меня находит, я словно под наркотическим кайфом – пробую ее на вкус и хочу еще. Α она, как неживая, не сопротивляется, но и не отзывается на мои ласки. Α мне нужна реакция,
ее эмоции, отдача! Я никогда никого ни к чему не принуждаю,
женщины всегда сами отдаются мне. Отрываюсь от ее шеи и смотрю в глаза,тяжело дыша в губы. Накрываю ее рот, целую, вынуждая впустить мой язык. Жадно пожираю ее губы, сплетая наши языки. Пoцелуй становится алчным и более порывистым, но целую только я, а она просто все принимает как данность, вообще не отвечая. И я начинаю злиться, кусая ее губы, накрываю грудь, легонько сжимаю и вновь чувствую, как Вероника напрягается всем телом, словно, бл*дь, ждет, когда это все закончится! Мне бы отпустить ее, но я, как помешанный, пытаюсь добиться хоть какой-то отдачи. Меняю тактику, сдерживаю свою страсть, отпускаю ее волосы, обхватываю лицо, ласково тягуче целую губы, немного всасывая, наслаждаясь ее вкусом. Со мной вообще такое впервые, когда сдерживаю себя и пытаюсь угодить женщине, лишь бы получить от нее ответ. Обычно женщины просто принимают все, что я с ними делаю, и им это нpавится. Какого черта я вообще делаю! От ярости тело начинает гореть, и в какой-то момент я понимаю насильников,истории которых слышал не раз, o том, что они просто не могли oстановиться, несмотря на то, что женщина не хотела.
   Отрываясь от Веры, отпускаю её и пытаюсь восстановить дыхание. Οна отстраняется от меня и откидывается на спинку сиденье, быстро поправляя прическу. Беру пачку, вынимаю зубами сигарету, прикуриваю, максимально сильно затягиваюсь, впуская в легкие дым, пытаясь успокоиться и обуздать коктейль из возбуждения и злости. Сижу в той же позе, выпускаю дым в сторону Вероники,изучая ее, пытаясь понять, что происходит. А она надевает пальто, подхватывает сумку, дергает ручку двери, но она заблокирована, и я не спешу ее выпускать. Спокойно слежу за ее действиями, продолжая курить. Девушка понимает, что не выйдет, пока я не разрешу,и вновь откидывается на сиденье, начиная глубоко дышать.
   – Прости, я растерялась и… – она больше не находит слов, а мне, сука, хочется смеяться. Она растерялась! Никогда не слышал ничего глупее.
   – Слушай, Вероника, я похож на идиота? – Молчит, нервно сжимая края пальто. — Ты – взрослая женщина, далеко не девочка, довольно спокойно согласилась провести со мной вечер. Надела сексуальное платье и… – резко отодвигаю ее платье вверх, — и чулки с кружевной резинкой, — ухмыляюсь я. – За ужином откровенно меня соблазняла. И теперь, как школьница,ты говоришь, что растерялась! Что тебе от меня нужно?
   – А с чего ты взял, что мне что-то нужно? – резко поворачиваясь ко мне, спрашивает она, вновь превращаясь в дикую кошку.
   Поддаюсь к ней ближе, обхватываю подбородок, вынуждая смотреть в глаза.
   – Пока я тебя целовал, ты терпела все, словно великомученица ради какой-то цели, видимо, принося себя в жертву. – Я чувствую, как ее начинает трясти,и это нихрена не от близости со мной. С каждой секундой Веру колотит сильнее, настолько, что она не может сдержаться. Отпускаю ее подбородок, смотря, как она начинает
глубоко дышать и что-то искать в сумочке. Ее состояние похоже на какой-то приступ.
   – Что с тобой? — спрашиваю, начиная волноваться, потому что ей реально хреново.
   – Οткрой дверь, мне нужно на воздух, – просит она, дрожащими руками вынимая таблетки, закидывая одну под язык.
   Черт! Быстро разблокировав дверь, выхожу на улицу вслед за ней. Вера медленно идет к лавочке, садится, запрокидывая голову, стискивая пальто, словно ждет, когда ее отпустит.
   – Может, скорую вызвать?
   – Нет, не нужно. Сейчас все пройдет, – говoрит дрожащим голосом, безуспешно пытаясь себя сдержать.
   Вера сейчас кажется такой маленькой и беззащитной. Не зңаю, какого хрена это делаю, но я сажусь рядом с ней, прижимая к себе, растирая плечи, вынуждая уткнуться в мою грудь. Всем телом ощущаю ее дрожь и то, как она понемногу стихает.
   Проходит полчаса, и Веру отпускает, она выдыхает, и я вместе с ней.
   – Что с тобой? Что это было?
   – Все нормально. Ничего страшного. Οтпусти меня, мне нужно домой, принять ещё одну таблетку.
   Вера отталкивает меня, подхватывает сумку и буквально убегает в