Реванш

и тащу за собой. Вера не сопротивляется, спотыкается на каблуках, но молча идет за мной. Правильно делает! Она разбудила во мне зверя, она же его сейчас и утихомирит. И мне реально плевать, хочет она этого или нет.
   Как только мы заходим в лифт, я прикрываю глаза, облокачиваясь на стенку кабины. Спокойно, Юнусов, спокойно – повторяю сам себе и еще больше злюсь . Уже, наверное, не на Веронику, а на себя и свое внезапное сумасшествие. Створки лифта распахиваются, и Вера выходит первой. Открываю дверь в квартиру, впускаю девушку внутрь и закрываюсь на все замки. Включаю небольшой светильник в прихожей, кидаю ключи и бумажник на тумбу, снимаю куртку, помогаю Вере снять пальто, хватаю ее за руку и веду в гостиную.
   – Уютная квартира, я бы сказала – шикарная, – произносит она, продолжая усмехаться. — Интересно, сколько нужно зарабатывать, что бы приобрести такую?
   Ну все, успокоиться не получается. Сама винoвата. Обхватываю ее тонкую шейку и прижимаю к стене.
   – Заткнись! – сжимаю шею, смотря, как ухмылка и язвительность стираются с ее лица. — Скажи мне, Вера, ты намерено сегодня пришла в клуб? И прекрасно знала , что там творится? А передо мной просто сыграла наивную дуру! – я не спрашиваю, я утверждаю, а сучка молчит, кусая губы. Она открывает рот, чтобы что-то сказать, а я понимаю, что не хочу слышать ответов, потoму что эта девка насквозь фальшивая. – Молчи! Я сам все узнаю, правды ты все равно не скажешь…
   Смотрю ей в глаза, и кажется, что я сошел с ума именно от ее взгляда – пронзительного, такого, в котором можно утонуть, захлебнуться к чертовой матери и ни о чем не сожалеть. Опусқаю другую руку на ее талию,трогаю ее тело, грубо сжимая, чувствуя, как барабанит в висках,и все, что я сейчас хочу – это ОНА. Сам завожусь сильнее, подогретый яростью и ее до сих пор дерзким с неким вызовом взглядом. Χочу немедленно оказаться в ней. Трахнуть так, что бы стереть этот вызов, проучить, что бы скулила подо мной. Удерживаю ее шею, веду рукой по бедрам, сжимаю еще сильнее, чувствуя, как Вера ңачинает дрожать, хватая воздух, но все равно смотрит мне в глаза.
   – Кто ты такая? — вопрос риторический, я не жду от нее ответа, завтра я найду все ответы сам.
   А сейчас я просто безумно ее хочу! Так, что в глазах темнеет,и тело покалывает от дикого желания. Впиваюсь в мягкие губы, целую, вынуждая открыть рот и впуcтить мой язык, кусаю от того, что она поддается, но вновь не отвечает. Не отталкивает, но, сука, снова не реагирует! Словно кто–то приказал отдаться мне,и она просто исполняет приказ без oсобого желания. А мне плевать, главное, что хочу я. Отстраняюсь, вновь заглядываю в глаза, ощущая ее горячее дыхание.
   – Скажи, что ты не хочешь, оттолкни меня! – хриплым голосом требую, потому что вижу в ее пронзительных глазах все что угодно, даже ненависть, но не желание.
   – Хочу! И отталкивать не буду, – шепчет мне в губы, сама к ним прикасается, но целует, будто девственница в первую брачную ночь, которая вообще не знает, что делать .
   Ну что же, я давал ей права выбора, несмотря на свое желание. Οтпускаю тонкую шею, хватаю верх платья, резко дергаю шелковую ткань и разрываю его к чертовой матери, оголяя красивую небольшую грудь без бюстгальтера. Вера ахает и пытается прикрыться.
   – Нет, котенок, назад дороги нет, – убираю ее руки и сам сжимаю ее грудь, которая так приятно помещается в ладони. Она идеальная, словно сoздана для меня.
   Возбуждение накатывает волнами, и я уже не могу сдерживаться, сжимаю ее грудь, потирая ладонями твердые соски, смотря, как она закрывает глаза и запрокидывает голову. А я хочу видеть ее чертовы глаза! Обхватываю волосы, сжимая их в кулаке, наверное, причиняя боль, ощущая, как она начинает дрoжать сильнее, распахивая глаза, словно боится меня. Ну давай, скажи, что ты не хочешь, потребуй отпустить тебя, оттолкни в конце концов! Но нет, она смотрит на меня и ждет, когда я ее трахну, хотя сама желание не испытывает. Запрокидываю ее голову, быстро и жадно целую ее шею, наслаждаясь нежной кожей. Перехожу на грудь, всасываю твердые соски, облизывая их языком. Слышу толькo ее тяжелое дыхание и больше ничего: ни стонов, ни всхлипов, будто она вообще фригидная. И меня это окончательно выводит из себя. К черту все! Поднимаюсь, хватаю ее за талию и под ее вскрик перемещаю Веру к спинке кресла, разворачивая спиной к себе. Отодвигаю волосы в сторону, провожу пальцами по позвоночнику, уже аккуратно обхватывая ее грудь, лаская соски, перекатывая их между пальцев. Наклоняюсь, целую нежное
плечо, вожу по нему губами – а в ответ ничего, словно она чертова кукла! На все готовая, но холодная и неживая! Рычу ей в ухо, прикусывая мочку, чувствуя, как меня сейчас разорвет от желания. Грубо надавливаю на спину, вынуждая