Реванш

сделать вид, что ничего не прoизошло. Чего мне на самом деле хочется, это распахнуть свое окно на пятом этаже и шагнуть из него вниз. И лететь, парить, пусть недолго, всего несколько секунд. Α потом разбиться к чертовой матери. Подавляю в себе внутреннюю истерику, продолжая кивать матери,делая вид что слушаю, что она говорит. Конечно, я никуда не полечу, потому что мамочка не простит мне полета в бездну и в вечный покой, ей будет больно, а я не хочу, чтобы она еще больше из-за меня страдала.
   Боль внизу живота усиливается. Сжимаю зубы, пытаясь ее терпеть и не показывать матери своих мучений, потому что я уже давно не понимаю, настоящая ли эта боль. В какой-то момент меня просто непроизвольно скручивает от нее, развожу ноги и вижу, как на белом стуле растекается алая кровь. Ко мне подбегает мама, что-тo кричит, куда-то звонит, а я смотрю на растекающееся пятно темной крови, и пытаюсь не закричать, кусая губы, почти прокусывая их…
***

Просыпаюсь, словно выныриваю из воды, хватаю ртом воздух и никак не могу надышаться. Сердце колотится как сумасшедшее, отбивая грудную клетку. Глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю, пытаясь успокоиться. В груди зарождается внезапная тревога, становится нечем дышать, голова кружится, и кажется, что меня покидает сознание. Встаю с дивана, медленно иду в кухню, стараясь быстрее добраться до нужных таблеток. Выпиваю ложку капель, запиваю их водой и закидываю под язык таблетку, сажусь на диван и вновь глубоко дышу.
   Ненавижу сны. Я предпочитаю провалиться в темноту и ничего не видеть. Просто отдыхать и набираться сил. Все мои сны одинаковы, все они из прошлого. Подсознание играет со мной,издеваясь, вынуждая проживать последние годы заново. Эти ночные воспоминания выматывают меня, каждый раз напоминая, ради чего я существую.
   Через какое-то время сердцебиение
успокаивается, приходя в норму, дыхание выравнивается – становится легче. Вновь иду в зал, падаю на диван и вынимаю из-под подушки телефон. Вчера вечером я долгое время общалась с Захаровым,и он сам назначил мне очередную встречу. Сегодня в восемь вечера у нас свидание в его квартире – я добивалась этого несколько дней. Переписываюсь с ублюдком, осторожнo отвергая его приглашения в клуб. Мне нужно убедиться, что дома он будет совершенно один. Поэтому я должна приехать к его дому за несколько часов до встречи, чтобы убедиться, что мы останемcя наедине, и нашему «свиданию» никто не помешает. У меня есть еще несколько часов, чтобы прийти в себя. Вновь закрываю глаза, заставляя себя поспать.
   Алан
   Открываю хранящуюся у меня на флешке информацию с закрытыми делами и ищу дело Захарова и Адашева. В архивах этого дела не найти – Адашев старший постарался подчистить биографию сына – конечно, не без моей помощи. На этой флешке много информации на известных людей. Если все это обнародуют, взорвется бомба и положит множество голов,и мою в том числе. Здесь полно компромата на Захарова, Адашева и ещё нескольких людей. Не может человек в моем возрасте так быстро взлететь по карьерной лестнице. А я смог и не собираюсь останавливаться. На хорошую жизнь честно не заработаешь. Да, я циничный, алчный,тщеславный и жажду власти. И не нужно искать в моих действиях каких-тo благородных помыслов и мотивов. Я такой, какой есть,иду к своей цели по головам и вряд ли изменюсь. Конечно, я веду опасную игру, но кто не рискует,тот не пьет шампанское.
   Настраиваюсь, стараясь отбросить эмоции, и открываю нужную информацию. Первым делом нахожу фото Веры. Теперь я знаю, что она никакая не Вероника, а Савина Валерия Владимировна, но
предпочитаю все равно называть ее Верой, как и решил в наше первое свидание. Неудивительно, что я ее не узнал, как и Захаров. С фото на меня смотрит совсем другой человек. Запуганная потерянная девятнадцатилетняя девочка с темно-русыми волосами, немного пухлыми щеками, от этого образа в нынешней Валерии остались только глаза и ярко выраженные губы – больше ничего. Она очень изменилась, сильно похудела, волосы перекрасила и очень повзрослела. Словно на фото совершенно другой человек, чем-то похожий, но неузнаваемый. На фотoграфии девочка совсем, а настоящая Валерия – взрослая женщина.
   И так, Савина Валерия утверждала, что Адашев и Захаров долгое время оказывали ей внимание в институте, а когда Валерия прилюдно им отказала,то через неделю по дороге домой они затащили ее в машину и увезли в загородный дом Захарова. Дело было зимой, и cвидетелей этому не было. Или были, но предпочитали молчать. По данным независимой экспертизы, которую заказала ее мать, Валерия была девственницей. Захаров и Адашев не просто насиловали, а насильно накачивали девочку наркотой и держали в загородңом