Рейдер

шагов. «Молодец, верный глаз», похвалил тогда учивший его офицер.
Учили фехтовать — и учились сами. Некоторых приемов не знал даже Виктор, хотя, надо сказать, было это всего два или три раза. А вот Кэвина научили такому, чего он не мог представить себе даже в страшном сне. Учили драться, да так, что тот арсенал приемов, которым молодой рыцарь уже владел, казался и не арсеналом вовсе, а так… Впрочем, здесь его учил сам Виктор, причем не столько учил, сколько приводил в систему уже имеющиеся знания и накладывал на них новые. И не раз слышал от него Кэвин решительное «забудь, в бою это неприменимо». А потом шел жесткий спарринг, в котором Кэвин на собственной шкуре понимал, почему неприменимо и как легко победить того, кто это применить пытается.
Так что пробежки в полном доспехе, при оружии и с набитым камнями вещмешком за спиной — это так, тренировка, не более. Ну и отсев слабых, которых в каждой группе новичков набиралось, как ему объяснили, две трети, не меньше.
Но больше всего его учили даже не собственно воинскому искусству, а искусству убивать — бестрепетно, аккуратно, разными способами. Как бесшумно подкрасться к часовому и куда ткнуть ножом, чтоб и бесшумно, и не измазаться в крови. Как этот же нож метнуть и попасть не куда придется, а куда надо. Как часами висеть вниз головой под потолком, ухватившись за балку, слившись с ней и как сутки не шевелясь лежать в болоте с одной лишь целью — выпустить одну-единственную стрелу точно в мишень, которая на несколько секунд мелькнет вдалеке между кустов. Учили взбираться по отвесной стене, прыгать с этой самой стены, с одним ножом выходить против воина в полном доспехе и побеждать. Учили выживать в одиночку в любых условиях, находить дорогу в лесу и ходить по этому самому лесу так, чтобы не хрустнула ни одна веточка. Плавать под водой, надолго задерживая дыхание. Есть такую дрянь, от которой любого нормального человека сразу вывернуло бы. Честное слово, проще перечислить то, чему не учили — перечисленное было лишь толикой из огромного списка. А главное, чему учили — это выжить. Уйти неузнанным, незаметным, в идеале вовсе сделать так, чтобы никто не заподозрил присутствия убийцы.
Конечно, все это не вколотишь за неполные три месяца, но Виктор, казалось, очень спешил и старался выучить Кэвина как можно большему, а дальше, мол, сам разберется, не маленький. Было похоже, что до Кэвина так не учили никого, старшие товарищи поглядывали с удивлением и настороженностью, которая постепенно переходила в уважение к талантливому и упорному парню. И тоже учили.
«Как держишь руку? Выше локоть, выше!», «Когда бьешь, бей не только ногой, вкладывай движение всего тела, весь свой вес.», «Замок открывать надо нежно, как женское сердце…», «Лежи тихо, как говно в траве. Плевать, что сыро, башка дороже.». Таких наставлений Кэвин наслушался множество и старался запомнить. Ведь те, кто его учили, были уже мастерами и доказали это, выжив в нескольких войнах и бесчисленном количестве мелких схваток, происходивших здесь часто, во всяком случае, много чаще, чем хотелось бы.
Единственной радостью в этих беспросветных тренировках оказалось то, что принцессу учили вместе с ним. Нет, женщины в замке редкостью не были, были они и в спецназе, только обучали их… Как бы сказать… Чуточку другому, что ли. Если мужчин учили убивать на поле боя и, при необходимости, из-за угла, то из женщин готовили шпионов, точнее, шпионок. Их учили, как очаровать мужчину и в разговоре, и в постели (за-ради этого в замке специально содержались трое высокопрофессиональных пожилых шлюх, которые весьма ценили, что относятся к ним очень уважительно, и вполне успешно отрабатывали немалое инструкторское жалование), учили слушать и слышать, анализировать информацию, перерисовывать карты, запоминать большие объемы текста с бумаги и на слух. Женщин учили оставаться при необходимости незаметными в любой компании, учили выглядеть круглыми дурами (а это тяжело). Ну и убивать их тоже учили. Бою на мечах и на ножах их учили совсем немного — так, чтобы справиться при нужде с одним-двумя стражниками, зато каждая из безобидных на вид девушек очень хорошо знала, куда ткнуть простой швейной иглой, чтобы лихой рыцарь превратился в хладный труп. В общем, готовили, говоря откровенно, еще и убийц. По слухам, именно после знакомства с такой разбитной девицей троюродный брат короля и основной, в случае чего, претендент на престол был найден мертвым в своей спальне, а двое его приближенных умерли от непонятной болезни. Весьма правдоподобная версия — искусству составления и применения ядов из подручных средств девушек тоже учили.
Принцессу, естественно, учили другому — положение, как говорится, обязывает. Ее вместе с парнями учили стрелять,