Четверо крутых парней, владеющих мастерством древнего боевого искусства ‘панкратион’, уходя от преследующей их банды наркоторговцев, попадают в Древний Рим.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
хоть вино разлить!
Плеснув фалерна в серебряные стаканчики, Сергий поднял свой:
– Ну, за победу!
1
Задание преторианцы выполнили и даже перевыполнили – и золото увели прежде Оролеса, и самого царя даков извели, но возвращение в Рим всё откладывалось.
Наместник Дакии и Нижней Паннонии, весьма довольный работой Сергия и его команды, оставил при себе всю Шестую кентурию особого назначения – на всякий случай, а то мало ли.
Кентурию расселили – кто на постой стал, кто в казарму отправился, а Сергий снял пустующий дом на окраине, где хватило место и ему с Тзаной, и друзьям, и рабам.
Эдика Чанбу злила задержка, ему не терпелось потратить золотые ауреусы, а вот Лобанову служба была не в тягость. Кентурионгастат впервые понастоящему познакомился с личным составом. А набирали в его Шестую людей матерых, одного к одному. Если уж считать войну искусством, то под началом Сергия служили настоящие «звезды». Кого ни возьми – талант!
Вот тот же Астеропей Дзибетид – он был из фракийцев и хвастался родством со Спартаком. Попав в рабство к хозяинусадисту, Астеропей недолго терпел издевательства – утопил садюгу в выгребной яме. За это его приговорили «к мечу», то есть послали биться на арену. Трудовая биография гладиатора Астеропея складывалась по принципу «или – или». Он или побеждал на арене, или сбегал. После пятого побега, когда Астеропея прижали в лесу, он ушел, захватив в заложники преторианского кентуриона. Неделю спустя они оба вернулись в Рим, и кентурион рекомендовал Астеропея в когорту для особых поручений – по мнению прагматичного римлянина, там фракийцу было самое место.
А Каваринт сын Моритаста был из галлов. Когда друиды устроили заварушку в Лугдуне, Каваринт принял в ней активное участие, но тогда боги отвернулись от кельтов и даровали победу римлянам. Израненного Каваринта взяли в плен и приковали к веслу на квинквереме Мизенского флота. Полгода строптивый галл ворочал тяжелым веслом, после чего подбил невольниковталамитов
на бунт. Рабы захватили корабль – и вышли в море разбойничать. Лузитания стонала от Каваринта Рыжего, пираты грабили всё, что плавает под парусом, добираясь до Лондиниума и Эфорвика.
«Джентльмен удачи» уже возмечтал о плавании по стопам Ганнона, к берегам Центральной Африки, чтобы основать там свое государство и провозгласить себя негритянским королем, но тут Фортуна изменила ему. Напал Каваринт на купеческую понто, а изпод палубы выскочила целая кентурия манипулариев – напоролся Рыжий на корабльловушку. Привели его к кресту и спросили, что он выбирает – позорную смерть раба или славу преторианца в Особой когорте? Каваринт сделал правильный выбор.
Пальфурий Сура был коренным гражданином Рима. Он служил в Первом Вспомогательном легионе, в отряде дупликариевэксплораторов. С удовольствием лазал по отвесным скалам, как муха, удерживаясь кончиками пальцев за малейшую неровность. В городе Пальфурий скучал без своих «скалок» и, чтобы не потерять квалификацию, забирался на крыши инсул и храмов. Ну, пару раз он залезал на балконы и слезал обратно, прихватывая сувениры из драгметаллов. Дабы замять скандал, «скалолаза» перевели в Особую когорту – здесь его таланты оказались востребованными.
Матерью Блофута была Файда из племени бриттов, а отцом – Волумний Вар, кампиген
Девятого испанского легиона, расквартированного под Лондиниумом. Блофут пошел в мать – был он неистов и неукротим. Всю жизнь его ловили, прятали в тюрьму, он сбегал, его снова ловили, снова сажали. Блофут устроил побег даже из страшной Маммертинской тюрьмы, из ее туллианума! Этот беглецгений нашел себе место в Особой когорте, в ее Шестой кентурии. И так далее, кого ни коснись. Не досье, а сборник приключенческих романов.
Работенка кентурии перепадала непыльная – смотаться в Берзовию или в Тапэ с секретным посланием, проехаться на Нижний Данувий и растолковать тамошним роксоланам, что презид дозволяет им пересекать всю Дакию с востока на запад, чтобы свидеться с родичами за Тизией, но с двумя условиями: ехать по дороге и малыми группами, а не то будут приняты меры. Поглядели роксоланы на внушающих почтение преторианцев – и всё поняли насчет мер.
А после последней зимней метели вся Шестая кентурия исполнила уже не приказ своего командира, а просьбу – преторианцы проводили Лобанова до самой Тизии, где Сусаг, отец Тзаны,
